Корп. обучение EdTech
#статьи

Почему корпоративные университеты не спешат сотрудничать с EdTech

Они получили бы массу преимуществ от партнёрства, но пока договориться не так просто. С чем это связано, обсудили эксперты на ММСО.

Иллюстрация: senivpetro / Freepik / Vanessa Garcia / Pexels / Kaleb Tapp / Milad Fakurian / Quaid Lagan / Unsplash / Дима Руденок для Skillbox Media

Эта дискуссия состоялась 29 апреля на IX Московском международном салоне образования (ММСО-2022) во время сессии «Партнёрство корпоративного обучения и EdTech». Как заметили её участники, несмотря на неоднократные попытки объединить усилия, EdTech и корпоративные университеты пока лишь ищут точки соприкосновения.

Какие трудности стоят на пути взаимодействия и почему стороны предпочитают друг другу вузы? Пересказываем основные тезисы, а видеозапись сессии можно посмотреть в официальном сообществе ММСО во «ВКонтакте».

«Всерьёз не воспринимают»: почему сотрудничество пока не очень складывается

Отечественные компании уже давно и с удовольствием сотрудничают с EdTech-стартапами — но лишь в части конкретных технических решений (например, LXP-платформ). А вот онлайн-школы корпоративный сегмент как возможных партнёров не воспринимает, считает модератор обсуждения, лидер и основатель сообщества Digital Learning Павел Безяев.

«Сотрудники компаний эти курсы уже используют. Они их находят, оплачивают, учатся там, развиваются, меняют компании благодаря этим курсам. А крупные корпоративные университеты, кажется, туда не смотрят всерьёз. <…> С этой нишей такое ощущение, что её всерьёз не воспринимает большинство компаний», — объясняет спикер.

Павел Безяев
Кадр: официальная страница Московского международного салона образования во «ВКонтакте»

Первая проблема партнёрства корпораций и EdTech заключается в том, что они существуют в разных плоскостях, а значит — решают разные задачи, считает директор EdTech-хаба «Сколково» Наталья Царевская-Дякина.

«Наш нынешний EdTech мощнее, чем российское формальное образование уровня СПО. Эти онлайн-школы заточены на клиента изначально, они учат молодого, а возможно, не очень молодого, специалиста, который хочет прийти в актуальную, востребованную профессию. Это IT, интернет, бизнес, системы управления. Туда же включается дизайн, маркетинг и всё остальное. А корпоративные университеты нацелены на своего сотрудника, они решают свою задачу — не рынка, а собственную. Поэтому момент первый: B2B и B2C — просто разные рынки», — говорит она.

Из этого вытекает и вторая проблема, а точнее вопрос: кого именно учить? С одной стороны, компании хотели бы получать специалистов, которых можно бесшовно встроить в рабочий процесс. Но на общих программах, без отраслевой привязки подготовить их не получится, отмечает директор по развитию образования SkillFactory Егор Сорокин. Создать же отраслевую программу можно вместе с бизнесом, но бизнес пока неохотно на это идёт.

Онлайн-школы могли бы предложить (и предлагают) услуги по обучению уже работающих в корпорации сотрудников. Однако внутрикорпоративное обучение предполагает, что люди переходят с одного уровня на другой, а не полностью осваивают новую профессию с нуля, тогда как услуги онлайн-школ обычно на новые профессии и направлены. Проще говоря, корпорации интересует обучение мидлов, а школы заточены под новичков и джунов. Даже если у школы есть курс для специалистов среднего звена, то может возникнуть проблема дифференциации — кого считать этим средним звеном.

В результате «партнёрство» между EdTech и бизнесом часто происходит не напрямую, а опосредованно: сотрудник компании выбирает нужный ему курс и просит работодателя оплатить его или возместить стоимость.

Разработка же совместной программы — удовольствие дорогое и не всегда масштабируемое, поскольку предполагает специфические требования к продукту. В итоге это может быть просто невыгодным сторонам, отмечает генеральный директор компании «Нетология» Марианна Снегирёва.

Она рассказала, что в «Нетологии» работой с корпоративными клиентами (В2В) занимается специальный отдел, который кастомизирует продукт, потому что у таких клиентов часто бывают более краткосрочные и тактические задачи, чем у В2С-пользователей.

Каждая такая кастомизация, по её словам, требует немало времени (может и год уйти). И хотя у подобных проектов бывает хорошая цена и нормальная рентабельность, нет гарантий, что EdTech-платформа получит контракт, потратив силы и время. При этом такие проекты, как правило, очень сложны в масштабировании — то есть фактически интересны лишь одному клиенту-заказчику, а другому их не продашь.

Схожего мнения придерживается и Егор Сорокин: «Кастом для бизнеса — я хочу напомнить, что мы, коммерческие компании, гуляем „на свои“, — это история не очень масштабируемая. Мы дольше будем разрабатывать. Потом ещё будет куча разных условий, что сотрудники должны отработать, после этого только [компании] готовы как-то за это заплатить, [а сначала попросят показать] состоятельность программы. Для нас это не очень».

Марианна Снегирёва видит корень проблемы в том, что бизнес склонен не доверять профессионализму потенциальных подрядчиков, а также в возможном конфликте интересов T&D-отдела. С точки зрения топ-менеджмента может возникнуть вопрос: зачем покупать что-то на стороне, если у нас есть свои специалисты по обучению, которые тоже «всё умеют, всё сделают»?

Корпоративные структуры действительно не склонны доверять онлайн-школам, подтверждает Павел Безяев. И подчёркивает, что напрасно, раз уже очень большой сегмент населения осознанно выбирает учёбу на онлайн-платформах и голосует за это рублём, более того — обращается туда повторно.

«Это не разовые продажи, не разовый хайп, который один раз случился. [После обучения люди] трудоустраиваются. Какие вам ещё подтверждения? <…> Здесь закон рынка: либо ты удовлетворяешь потребителя, либо нет. Это фактор, который многие корпуниверситеты не учитывают, всё равно ещё смотрят свысока, что это где-то в стороне», — говорит он.

Однако постепенно лёд тает, считает Марианна Снегирёва. В пример она приводит обращение Сбербанка: компания попросила «Нетологию» подготовить специалистов под определённый профиль. «Это говорит о том, что у них есть мысль, [что] мы можем это сделать. У них уже доверие появляется. Пока это не очень системная история, а более точечная, но кажется, что мы придём к большему количеству таких сделок», — считает она.

«У них есть много фишек»: какие могут быть точки соприкосновения бизнеса и EdTech

Эксперты считают, что сотрудничество могло бы идти по нескольким траекториям. Например, руководитель направления создания управленческих образовательных продуктов в корпоративном университете «Газпром нефть» Александр Курочкин отмечает, что именно EdTech мог бы помочь корпоративным университетам продвинуть свои продукты на внешнем рынке. И постепенно такой запрос действительно появляется, ведь внутренние программы обучения, разработанные на основе практических кейсов из опыта специалистов-практиков конкретной компании, могут быть интересны не только коллегам из этой же компании, но и всему профессиональному сообществу.

Ещё одно возможное направление — «упаковка» экспертной информации, которую дают внутренние специалисты из бизнеса, в удачный формат, в создании которого силён EdTech.

В «Газпром нефти», например, как пояснил Александр Курочкин, много своих программ обучения, и делают их с внутренними экспертами, облекая их знания в понятный формат с привлекательным дизайном. И если собрать у своих специалистов необходимые для курса экспертные знания легко самим, то методы и техники оформления у EdTech могут быть лучше. «Если есть интересные решения, которые мы сейчас упускаем, то мы с удовольствием пойдём в сторону этого партнёрства», — комментирует спикер.

Третье направление — техническое. Онлайн-школы и цифровые сервисы придумали множество способов вовлекать и удерживать аудиторию. В корпоративном обучении они могут быть не менее полезны, чем в открытом массовом.

«Кажется, за эти несколько лет именно вовлечённостью мы научились управлять. Особенно в EdTech это очень хорошо понимают, потому что каждый платящий пользователь для нас очень важен. Если он начинает засыпать, ему перестаёт это (имеется в виду курс или занятие. — Ред.) быть интересно, а он тратит на это деньги, то для нас это критично. Мне кажется, эту экспертизу и этот сервис нам удалось за два года доработать до нужного уровня», — подчёркивает Егор Сорокин.

С этим мнением соглашается и руководитель направления по обучению в компании Hansa Ася Аракелян. Компании приходится обучать не собственных сотрудников, а чужих — продавцов крупных торговых сетей, которые распространяют её продукцию. Чтобы вовлечь их в обучение, надо очень постараться. Это стало важным фактором для партнёрства с EdTech.

«В пользу EdTech играет тот фактор, что у них есть много фишек, которые разработать достаточно сложно. Например, представьте ситуацию, как мы все проходим обучение. Мы включаем вебинар — и что мы дальше делаем? Читаем почту, отвлекаемся на новости, можем заняться какими-то домашними делами. А Webinar.ru позволяет не просто показать количество людей, которые находятся на конкретной вкладке, но и буквально пофамильно, кто в данную секунду отвлёкся», — приводит пример спикер.

«Они говорили: „Вы кто такие?“»: как площадкой для сотрудничества стали вузы

Пока корпорации и EdTech ищут общий язык, местом их встречи становятся вузы — именно туда обращаются представители обеих сфер. И это несмотря на постоянные жалобы со стороны бизнеса на чрезмерную академичность вузовского образования и явный перевес в подготовке будущих сотрудников со стороны EdTech.

Кадр: официальная страница Московского международного салона образования во «ВКонтакте»

Наталья Царевская-Дякина привела в пример компанию «Авито», которая весной 2022 года запустила цикл лекций и воркшопов в крупнейших российских вузах, чтобы привлекать талантливую молодёжь в IT, «хотя „в другие микрофоны“ постоянно говорят, что наше базовое формальное образование (академическое) не выпускает специалистов, которые тут же могут быть применены в коммерческих компаниях, в экономике, в их IT-подразделениях в том числе».

«Я сейчас наберу ребятам из „Авито.Работа“ и честно спрошу, почему они пошли в вузы, если они прекрасно знают телефоны сидящих здесь руководителей онлайн-школ», — шутит она, пояснив, что это пример просто «на подумать», почему корпорации не идут в вуз.

Примечательно, что такой же путь — партнёрство с вузами — избирают онлайн-школы, когда не находят отклика или доверия у бизнеса. Егор Сорокин отмечает, что именно в этой ситуации SkillFactory начала сотрудничество с университетами. Сначала компания запускала общие совместные программы обучения, а теперь в партнёрстве с вузами создаёт отраслевые магистратуры.

И хотя такие продукты ориентированы на частных клиентов (то есть сегмент В2С), у потенциальных корпоративных заказчиков они тоже вызывают интерес. Это хорошо видно по тому, кто оплачивает обучение в таких магистратурах.

«Мы пошли тоже в сложный путь сотрудничества с университетами. Если условная компания считает, что РАНХиГС хорошо готовит управленцев, значит, мы пойдём и создадим такую управленческую программу по цифровой трансформации с РАНХиГС. Мы её сделали. <…> Мы подтверждали её состоятельность на B2C-рынке и увидели там очень интересные цифры. Если, например, на каких-то отдельных курсах, которые продаются для B2C, оплата от корпоративных заказчиков достигает 20% максимум, то здесь, на первых двух запусках, [она перевалила] за 60%», — делится спикер.

В итоге получается, что EdTech-компания обеспечивает образовательный продукт онлайн-платформой и методическим экспертным опытом, вуз наделяет программу академичностью, а финальным потребителем становятся корпоративные клиенты, которые не проявляли интереса к прямому взаимодействию с EdTech.

Правда, и сами вузы поначалу неохотно принимали онлайн-школы, хотя сегодня их отношение изменилось к лучшему.

«Когда мы пытались „заходить“ в вузы два года назад, это была болезненная история. Мы к ним приходили, они говорили: „Вы кто такие? Вы инфобиз, новоделы, новомодные какие-то компании, мы не хотим с вами работать“. В прошлом году мы запустили очень хорошую магистратуру с ВШЭ и РАНХиГС. Когда в этом году мы пришли в вузы, они с нами по-другому уже разговаривали. Они увидели, что мы умеем делать продукты совместные с ними, мы умеем набирать студентов. <…> Мы относимся к ним с огромным уважением. У них суперакадемическая экспертиза, а у нас суперэкспертиза в технологиях. Здесь, на стыке, возникают очень интересные продукты», — подчёркивает Марианна Снегирёва.

Она также считает, что этот опыт можно повторить и с корпоративными университетами: если у крупных игроков в EdTech есть преимущества в инструментарии и маркетинге, то у бизнеса есть уникальная экспертность. «Она очень специфическая местами, но этим она очень ценна для нас», — добавляет спикер.

Какие перспективы у сотрудничества корпоративных университетов и EdTech

Судя по всему, все три образовательных направления — вузовское, корпоративное и частное — могли бы объединить усилия, и каждый привнёс бы в такое сотрудничество какую-то свою уникальную ценность. Александр Курочкин рассказал о кейсе корпоративного университета «Газпром»:

«Мы сейчас пошли <…> создавать программу „Цифровой юрист“. Это новые области, они только появились: как работать с цифровыми платформами, как их сопровождать и так далее. Начали искать [специалистов со знаниями этой области]. У нас в компании нет. Нашли ВШЭ, разработали с ними контентную часть программы. Только доходим до реализации и понимаем, что у нас из ресурсов — только преподаватели. Дальше нам надо искать другого провайдера, чтобы всё это упаковать».

Участники дискуссии сошлись во мнении, что у партнёрства корпоративных университетов и онлайн-школ большой потенциал, связанный с гибридным форматом обучения. Возможно, именно это станет началом плодотворного сотрудничества.

Корпоративное обучение

Развиваем компетенции ваших сотрудников: линейных специалистов и управленцев

Узнать подробнее

Учись бесплатно:
вебинары по программированию, маркетингу и дизайну.

Участвовать
Понравилась статья?
Да

Пользуясь нашим сайтом, вы соглашаетесь с тем, что мы используем cookies 🍪

Ссылка скопирована