Собаки в искусстве: от стража подземного мира до надувной скульптуры за 58 млн долларов

Собака — едва ли не единственное животное, которое в истории искусства почти всегда оказывается рядом с человеком. Она охраняет его дом, сопровождает на охоте, сидит у ног супругов на свадебном портрете, лежит рядом с гробом хозяина, появляется в королевских интерьерах и в конце концов становится самостоятельным произведением искусства стоимостью в десятки миллионов долларов. Разбираемся, как образ собак вписывался в культуру разных эпох и цивилизаций и что он означал.

В статье рассказываем:

• как изображали собак в Древнем Египте;
• собаки Античности;
• «осторожно, злая собака» в римском искусстве;
• собака как символ верности в живописи Северного Возрождения;
• охотничьи собаки и аристократия: Тициан, Веласкес, фламандцы;
• викторианская эпоха: Эдвин Ландсир и очеловечивание собаки;
• собака как городской спутник художника;
• Пикассо, Уорхол и собаки как личные музы XX века;
• собака в поп-арте и современном искусстве: Джефф Кунс, Дэвид Хокни;
• почему собак так много в искусстве.

Древний Египет: собака на границе жизни и смерти

В Древнем Египте Анубиса — бога погребальных ритуалов — изображали в виде человека с головой шакала или как лежащего чёрного пса. Этот образ вырос из наблюдения за поведением пустынных шакалов. Египтяне видели этих животных возле некрополей, поэтому их воспринимали как знак присутствия сил, охраняющих мёртвых.

При этом египтяне прекрасно знали и другую, повседневную сторону собак. Их держали для охоты и охраны, ценили как статусных животных и домашних компаньонов. Получается важное различие: одна и та же собака могла быть одновременно совершенно реальным животным и существом, на которое человек проецировал представления о смерти, защите и порядке.

Античность: от компаньона до охранника

В античном искусстве собака появляется в самых разных ролях. На древнегреческих вазах она сопровождает охотников, участвует в погоне за зайцем или кабаном, встречается рядом с воинами и героями. Такие изображения отражали вполне привычную часть жизни: собак держали для охоты и охраны, а их скорость, чутьё и способность преследовать добычу делали их важными помощниками человека.

Собаки вошли и в мифологические сюжеты. Они сопровождают Артемиду, богиню охоты, а один из самых известных античных псов — Кербер — охраняет вход в царство мёртвых. В «Одиссее» появляется совсем другой образ: старый пёс Аргос первым узнает вернувшегося после двадцати лет хозяина. Эта история связывает собаку уже не с силой или охотой, а с преданностью и памятью.

В римском искусстве особенно заметен образ собаки-сторожа. Знаменитая мозаика Cave Canem — «Берегись собаки» — из Дома трагического поэта в Помпеях изображает пса на цепи прямо у входа. Подобные мозаики встречались и в других римских домах: изображение одновременно предупреждало посетителя и обозначало охраняемую границу частного пространства.

Так в античном искусстве складывается сразу несколько образов собаки. Она может быть спутником человека, верным домашним животным и участником охоты, но одновременно остаётся существом, связанным с преследованием, опасностью и даже границей между миром живых и мёртвых. Эта двойственность позднее будет снова и снова появляться в европейском искусстве.

Cave canem: собака как граница частного мира

На порогах домов в Помпеях сохранились мозаики с изображением собак и надписью «Cave canem» — «Берегись собаки». Собаки изображены на цепи, с оскаленной пастью, прямо в проходе, через который посетитель должен войти в дом.

Такое предупреждение могло быть одновременно практическим и символическим. Даже если реальная собака не была настолько опасной, как изображённая на мозаике, сам её образ демонстрировал: это пространство, которое готовы защищать.

Так появляется важный мотив, который будет возвращаться в европейском искусстве ещё много веков: собака как визуальное воплощение границы.

При этом римляне изображали собак не только у дверей, но и в сценах охоты и домашней жизни. Это было животное, которое имело конкретную функцию и одновременно занимало эмоциональное место рядом с человеком.

Читайте также:

Коты в искусстве: эволюция образа от Древнего Египта до современности

Северное Возрождение: собака и идея верности

К XV веку собака начинает всё чаще появляться внутри человеческого социального мира. Самый знаменитый пример — «Портрет четы Арнольфини» Яна ван Эйка 1434 года. В центре роскошного интерьера стоят мужчина и женщина, а у их ног находится маленькая собака. Каждый волос её шерсти прописан с той же тщательностью, что и драгоценности, ткани и мебель. Традиционно считается, что она символизирует супружескую верность: это знак доверия, привязанности и постоянства.

И это меняет главное значение собаки в культуре: если до этого животное в искусстве символизировало защиту от опасности, то в североевропейском портрете она начинает защищать уже отношения между людьми.

Охотничья собака: власть, дисциплина и аристократический образ

В XVI–XVII веках собака становится одним из важных атрибутов аристократического портрета. Особенно это заметно в Испании, Италии и Фландрии. На знаменитом портрете Тициана «Карл V с собакой» 1533 года император изображён вместе с крупной охотничьей собакой. Сам портрет был частью формирования нового визуального типа изображения монарха: Карл показан в полный рост, в роскошном облачении, в непосредственной близости к зрителю.

Здесь собака уже атрибут аристократических привычек, потому что охота была развлечением, спортом и одновременно демонстрацией власти над территорией. Владеть хорошо обученной охотничьей собакой означало обладать ресурсами: породистое животное требовало содержания, обучения и ухода.

Так собака рядом с правителем сообщает зрителю сразу несколько вещей: перед ним человек богатый, обладающий землёй, временем и властью. То есть тот, кто принадлежит к определённому социальному кругу и способен подчинить себе не только людей, но и животных.

Похожую функцию собака выполняет и в «Менинах» Диего Веласкеса. Огромный мастиф лежит в нижней части картины, рядом с придворными карликами. На него наступает ногой Николасито Пертусато, но пёс практически не реагирует — это символ покорности, притом что собака крупная и охотничья. Вероятно, это метафора той власти, которая есть у королевской семьи.

XIX век: собака становится «личностью»

Викторианская эпоха меняет сам статус собаки. Она постепенно превращается из рабочего или охотничьего животного в домашнего компаньона, а затем — в существо, которому приписывают индивидуальность, характер и эмоциональную жизнь.

Характерная фигура здесь — английский художник Эдвин Ландсир. Его специализацией стали именно собаки, а его картины были настолько популярны, что именем художника позднее назвали разновидность ньюфаундленда. Ландсир делает нечто принципиально новое: он наделяет животное внутренним миром, показывает его переживания.

Например, в «Достоинстве и наглости» две собаки получают практически человеческие характеры уже самим расположением тел. В «Скорбящем главном плакальщике» пёс лежит возле гроба своего умершего хозяина. В таких картинах зритель должен не просто узнать породу, но и сочувствовать животному.

Работы Ландсира не только отражали изменение отношения к животным, но и сами способствовали этому изменению. Его картины широко распространялись в виде гравюр и становились частью повседневной культуры.

А ещё в викторианской культуре любовь к собакам распространяется далеко за пределы аристократии. Растёт число домашних животных, появляются выставки пород, формируется современная культура собаководства. Собака становится членом семьи.

Собака выходит на улицу

Во второй половине XIX века собака становится частью нового городского общества. Она появляется на улицах Парижа и Лондона не как знак мифологии или аристократической охоты, а как спутник повседневной жизни.

У Эдуара Мане есть пастель «Мужчина с собакой» около 1882 года. Перед нами не знаменитый аристократ и не мифологический герой, а модно одетый парижанин, вышедший на прогулку с большой собакой, которая становится своего рода социальным продолжением человека. Она показывает, как человек проводит свободное время, принадлежит ли он к обеспеченному классу, как выглядит его частная жизнь за пределами дома. В этом смысле прогулка с собакой — один из новых городских ритуалов.

У Пьера Боннара собаки уже буквально растворяются в городском пространстве. В «Уличная сцена, площадь Клиши» 1895 года они появляются рядом с прохожими. Собака становится частью визуального языка: она не объясняет сюжет, а помогает показать жизнь такой, какой она стала, — быстрой и публичной.

XX век: собака как личная муза

В XX веке художнику всё меньше нужен повод объяснять, почему собака находится в картине. Можно написать её просто потому, что это его собака.

У Пабло Пикассо таким персонажем становится такса Лумп, принадлежавшая фотографу Дэвиду Дугласу Дункану. В 1957 году Дункан привёз Лумпа в дом Пикассо в Каннах — и собака осталась у художника на несколько лет. Пикассо нарисовал её прямо на тарелке, а затем включил образ таксы в серию вариаций на тему «Менин» Веласкеса.

Веласкес использовал мастифа, чтобы показать сложность картины придворного мира. Пикассо берёт ту же композицию и помещает туда собственную маленькую таксу. Исторический символ превращается в личную шутку, воспоминание и знак близости. При этом в других вариантах тех же «Менин» у Пикассо вместо таксы изображён чёрный пёс, напоминающий волка, что, вероятно, может показывать двойственную природу собак — как домашнего любимца и как хищного опасного зверя.

У Энди Уорхола появляется другая знаменитая такса — Арчи. Уорхол фотографировал её, изображал и брал с собой в публичную жизнь: она стала практически частью его собственного художественного персонажа. Это уже соответствует логике поп-арта: личное легко становится публичным, а домашнее животное — частью образа знаменитости.

Ещё дальше идёт Дэвид Хокни. Его таксы Стэнли и Буджи появляются в десятках рисунков и картин. Но Хокни сам объяснял, что предметом этих работ были не столько собаки, сколько его любовь к ним. После смерти близкого друга Генри Гельдзалера художник говорил, что хотел писать что-то любящее и понял, что пишет своих лучших друзей.

Читайте также:

Дэвид Хокни: британский поп-арт, рисунки на IPad и калифорнийские бассейны

Это важный переход: в искусстве больше не обязательно искать за собакой какой-то второй смысл. Иногда собака — это и есть смысл картины: память о близости, привычке быть рядом, о повседневной жизни, которая после смерти животного превращается в воспоминание.

Современное искусство: от любимого пса до объекта за 58 миллионов долларов

А затем художники сделали с собакой то же, что современное искусство сделало со многими привычными предметами: превратили её в самостоятельный культурный объект.

Самый знаменитый пример — Balloon Dog Джеффа Кунса. На первый взгляд это просто гигантская версия фигурки, которую делают из воздушного шарика на детском празднике. Но Кунс превращает дешёвый и эфемерный предмет в монументальную скульптуру из зеркально отполированной стали. Праздничная игрушка получает музейный масштаб, промышленную технологию и статус произведения высокого искусства.

В 2013 году оранжевую версию Balloon Dog продали на Christie’s за 58,405 миллиона — на тот момент это был мировой аукционный рекорд для произведения живущего художника. Всего Кунс создал пять уникальных цветных версий скульптуры.

У Кунса собака становится одновременно воспоминанием о детстве, объектом массовой культуры, товаром, шуткой над границей между высоким и низким искусством и произведением музейного масштаба.

Читайте также:

Джефф Кунс: почему его работы стоят миллионы

Зачем художникам столько собак?

Собака может быть стражем или символизировать проводника в загробный мир. Она же выступает символом верности, а иногда — знаком статуса и богатства. Собака может быть членом семьи, но, пожалуй, главное её свойство — она всегда рядом. Она стоит у ног, лежит на полу, смотрит из угла, идёт рядом с человеком, появляется в дверном проёме или просто спит на кресле. Именно поэтому её образ так хорошо работает в искусстве, которое рассказывает о человеческой жизни.

И, возможно, именно поэтому её присутствие в искусстве оказалось таким долговечным: художники снова и снова изображали животное, которое лучше многих других умеет показывать человеческую потребность в привязанности, защите, признании и просто в том, чтобы кто-то был рядом.