Код
#статьи

Российским компаниям не хватает серверов: как это повлияет на разработчиков

Откуда российским IT‑компаниям брать серверы после введения эмбарго и что из‑за этого изменится в процессах разработки.

Фото: Getty Images

Из-за санкций у российских компаний возникли проблемы с закупкой серверов и систем хранения данных. Мы пообщались с экспертами, чтобы разобраться, как эти проблемы повлияют на IT-сектор и что изменится в коммерческой разработке.

Поставок нет, запасы истощаются, крупные компании перестают расширяться

Intel, AMD и Dell прекратили поставлять в Россию свою продукцию, в том числе серверные процессоры. От их ухода в первую очередь пострадали дата-центры крупных компаний, которым нужно регулярно пополнять запасы оборудования.

Владимир Новосёлов

CIO группы компаний Realweb

«Главная проблема в том, что дата-центр — это высокоорганизованный комплекс оборудования, куда нельзя поставить рандомный сервер, ведь это единая экосистема. Оборудование подбирается в соответствии с определёнными конфигурациями и исходя из того, какие устройства — жёсткие диски, процессоры и видеокарты, а также ПО, которое управляет координированной работой всех устройств дата-центров, — уже используются.

Когда говорят о дефиците оборудования из-за эмбарго, имеют в виду стандартные сборки серверов для дата-центров. Для оркестрации (управления сложными компьютерными системами) нужна унификация. Взять и поставить другие серверы, например на процессорах „Эльбрус“, — не выйдет».

Уход даже одного производителя с российского рынка ставит под удар российские IT-компании, считают эксперты. Сложности связаны с такой проблемой, как vendor lock — привязка к конкретному поставщику.

Виктор Корейша

технический менеджер Realweb, CTO студии «Феникс», ведущий подкаста «Кода кода»

«Поставщиков сетевого оборудования или, например, готовых серверов в мире не так уж и много. В каждой нише их можно по пальцам пересчитать. А сейчас временную приостановку поставок Россия получила уже от целого ряда крупных вендоров.

Например, когда Cisco отказывается поставлять сетевое оборудование в нашу страну, это не только уменьшает предложение на рынке, но и вызывает проблемы у компаний, сетевая инфраструктура которых полностью строилась на решениях этого вендора. И „пересесть“ на другое решением им будет очень сложно и дорого».

Эксперты отмечают, что большие компании будут меньше нанимать новых сотрудников и открывать новые подразделения, — ведь расширяться теперь станет сложно или даже невозможно.

Алексей Сухоруков

основатель и владелец Кадрового агентства Алексея Сухорукова и IT-академии Алексея Сухорукова, сооснователь и совладелец международного кадрового агентства Alex Staff Agency

«Малый и средний бизнес с серьёзными проблемами пока не столкнулся. Если они и использовали облачные решения, то им не так сложно перейти на собственные серверы, на которых развернуть необходимые сервисы. Жили же так на заре 2000-х. Для решения большинства их задач подойдёт какая-нибудь не очень мощная машинка под управлением FreeBSD или Linux. И пока что купить устаревшие или бывшие в употреблении серверы под такие задачи — довольно легко».

Российские серверы — всё

Закупок российских серверов на базе процессоров «Байкал» и «Эльбрус» тоже не будет: их запасы истощаются, а новых поставок нет.

Антон Косенко

SRE-инженер

«Тайвань ввёл санкции, а ведь именно там производят чипы для российских серверов. Сейчас просто нет производства, которое способно выпустить необходимое количество серверов в продажу. Да и ценник на них аховый. ПК на „Байкале“ и „Эльбрусе“ стоят очень дорого — около 250 тысяч за штуку. На эти деньги можно взять iMac».

Проблема ещё и в том, что дата-центры компаний-гигантов построены совсем не на «Байкалах» и «Эльбрусах».

Владимир Новосёлов

CIO группы компаний Realweb

«Заменить одним махом все серверы крупных российских компаний на отечественные невозможно, даже если бы они были в наличии в нужном количестве. Дело в том, что западное и отечественное оборудование заточены под разные задачи.

У российских серверов другая архитектура и производительность. Они просто не могут решить пласт задач, которые актуальны для крупных компаний. Отечественным производителям придётся много работать, чтобы начать собирать серверы, похожие на те, что производят ушедшие с рынка компании».

Завод, который производил «Байкалы» и «Эльбрусы», называется TSMC и находится в Тайване. В марте 2022 года компания отказалась сотрудничать с российскими компаниями. Теперь производить российские процессоры негде — в России нет необходимых мощностей.

Более того, ARM, которая является главным разработчиком и держателем IP-прав на процессорные ядра ARM/Cortex, используемые в «Байкале», базируется в Великобритании. Сейчас по требованиям британских властей ARM обязана отозвать все контракты и лицензии на процессорные ядра, на которых и строились все «российские процессоры».

Алексей Сухоруков

основатель и владелец Кадрового агентства Алексея Сухорукова и IT-академии Алексея Сухорукова, сооснователь и совладелец международного кадрового агентства Alex Staff Agency

«И тут не сработает ничего, потому что фабрик для производства микропроцессоров в России нет. Те несколько фабрик, которые умеют в нанотехнологии, ничего без всей разрешительной документации к производству не возьмут. А значит, процессоры „Байкал“ и „Эльбрус“ могут прекратить своё существование».

Как поясняет руководитель практики санкционного права и комплаенса Pen & Paper Сергей Гландин, новые санкции не обязывают британские компании отзывать уже выданные ими лицензии на интеллектуальную собственность. Но оплатить новые лицензии без разрешения Управления по осуществлению финансовых санкций (OFSI) не выйдет.

Китай не поможет

Китайского импортозамещения пока тоже не видно. В Китае не производят процессоры — главную составляющую серверов.

Большинство серверов от крупных брендов производятся на заводе Taiwan Semiconductor Manufacturing Company (TSMC). Среди его клиентов: AMD, Intel, NVIDIA, Huawei, Realtek, Qualcomm, ARM Holdings, Apple, Broadcom, а также российские Baikal Electronics и МЦСТ.

Владимир Новосёлов

CIO группы компаний Realweb

«Заводы есть в Тайване, и работают они по лицензиям Intel, NVIDIA и других вендоров. „Байкалы“ собираются там же, на заводе TSMC, но TSMC заблокировала поставки. Материнские платы можно производить в России на основе открытого стандарта — это снижает риски и позволяет использовать их в объектах критической инфраструктуры. Но проблема с процессорами остаётся открытой — мы их не производим».

К слову, Тайвань активно сотрудничает с США и уже ввёл санкции против России — ещё в феврале, а потом усилил в апреле.

«Экспорт в Россию определённых изделий, включая элементы интегральных микросхем, микросхемы памяти и телекоммуникационное оборудование, будет контролироваться всё строже, поскольку эти изделия могут использоваться при производстве оружия».

Из сообщения Министерства иностранных дел Тайваня

В TSMC подтвердили, что компанию обязали полностью исполнять новые экспортные правила, которые подразумевают отказ от поставок чипов в Россию, передаёт Reuters. Эмбарго распространяется на 57 высокотехнологичных товаров. По данным Focus Taiwan, на торговлю с Россией приходилось всего 0,76% от общего объёма торговли Тайваня.

Что касается китайских компаний, быстро включиться в цепочку поставок, вместо ушедших с рынка, они не смогут. Как отмечают эксперты, дата-центры российских IT-гигантов построены на западном оборудовании — китайские аналоги будут с ним технически несовместимы. То есть просто установить китайское оборудование в существующие дата-центры не получится. Китай зайдёт на российский рынок, но спасёт это лишь небольшие компании и частных клиентов, а не IT-гигантов.

Производить процессоры в России пока невозможно

Как поясняет Владимир Новосёлов, проблема создания процессора для серверов — не в технологии, а в исследовательской и инженерной инфраструктуре. Специалистов и оборудование придётся завозить из-за рубежа. Оборудование нужно специальное — станки для 6-нм литографии.

Владимир Новосёлов

CIO группы компаний Realweb

«Нанометр (нм) — размер, сопоставимый с электроном. Нужны квантовые эффекты, чтобы такую структуру нанести на кристалл. Раньше платы печатали вручную, потом с помощью светочувствительного раствора, который взаимодействовал с веществом и становился токопроводящим на определённых участках.

Но длина световой волны в видимом спектре — от 600 до 300 нм, а размер структур на кремниевом кристалле на несколько порядков меньше — около 10 нм. Чем больше транзисторов вмещается на кристалле, тем выше его эффективность. Чтобы нанести транзисторы на кристалл, необходимо суперкрутое оборудование. Лишь несколько компаний в мире его производят».

Купить литографы можно на чёрном рынке, но они будут очень дорогими и их некому будет поддерживать. По словам Владимира Новосёлова, ни одна страна в мире не может самостоятельно производить такие процессоры в условиях изоляции, потому что необходимый для окупаемости спрос не способен покрыть даже Китай. К слову, в Китае такого оборудования тоже нет.

Передовые сканеры для подобных технологий сейчас производит только нидерландская компания ASML. Но под риском санкций ни Китаю, ни России их продавать не будут. Однажды США уже добились отмены продажи литографа Китаю.

Однако китайский производитель литографических установок Shanghai Micro Electronics Equipment к 2023 году собирается запустить производство собственных литографов для 20 нм.

Владимир Новосёлов

CIO группы компаний Realweb

«Тем не менее действия Минпромторга и Минцифры способствуют тому, чтобы в стране появились условия для создания своего вычислительного оборудования. Такие попытки предпринимаются и прорабатываются на всех уровнях».

В России есть несколько фабрик, которые способны производить чипы менее 90 нм. Минпромторг объявил два конкурса на разработку отечественных установок для печати микросхем на кремниевых пластинах — фотоспособом, то есть с заведомо меньшей производительностью, чем при квантовом способе. Один конкурс — на разработку фотолитографа с уровнем топологии до 350 нм, второй — до 130 нм. Но запуск производства планируется только в конце 2026 года.

Как отмечает Виктор Корейша, в результате проблем с «железом» стоимость любой коммерческой разработки возрастёт. Как сильно — зависит от сферы.

Виктор Корейша

технический менеджер Realweb, CTO студии «Феникс», ведущий подкаста «Кода кода»

«Разработка разработке рознь. Где-то стоимость „железа“ составляла сотые доли процента — там это существенно ни на что не повлияет. Но есть продукты, особенно в областях машинного обучения, работы с данными и моделирования, где стоимость серверных мощностей и без того была существенной. Там цены взлетят.

Ну, и можно предсказать, что у нас больше не будет ML-based-стартапов — они просто не найдут денег на эксперименты».

Гиганты найдут оборудование, а стартапы рискуют исчезнуть

Большинство компаний с зарубежной IT-инфраструктурой сейчас переносят её внутрь страны, а значит, им понадобятся серверы, сетевое оборудование, системы хранения данных. Таким образом, не только предложение упало, но и спрос вырос.

Виктор Корейша

технический менеджер Realweb, CTO студии «Феникс», ведущий подкаста «Кода кода»

«Один из вариантов импорта серверов в новых реалиях — поставка по частям. Но это сложный и дорогой путь, который, к тому же, можно реализовать не для каждого типа оборудования.

В результате цены взлетают, многие номенклатурные единицы просто невозможно купить. Параллельно дорожают „облака“ — спрос на них тоже вырос. Серверную стойку в сборке от HP точно не купить таким способом. Но если по винтикам разобрать, то, наверное, получится».

Многие надеются на поставки из ближнего зарубежья, такой маршрут закупок уже предлагают некоторые компании, но это возможно, только пока нет жёсткого эмбарго.

«Думаю, наше руководство, имея партнёров из Казахстана и Киргызстана, сможет наладить закупку. Или перенесёт новые серверные мощности в эти страны».

Тимур,
QA-инженер

Но и тут не всё гладко, ведь многие компании ближнего зарубежья сами закупали оборудование в России и теперь вынуждены искать другие пути.

Антон Косенко

SRE-инженер

«В Узбекистане и в Казахстане много оборудования закупали через Россию — в том числе и серверы. Поэтому не факт, что маршрут поставок через Узбекистан реален.

Можно закупать оборудование через Саудовскую Аравию или иные страны, но сложная логистика приведёт к серьёзному удорожанию, ведь ряд логистических компаний больше не работают в России».

Тем не менее именно серым рынкам ближнего зарубежья сейчас пророчат судьбу посредников в таких закупках.

Владимир Новосёлов

CIO группы компаний Realweb

«Существуют серые и чёрные рынки. Компании-хабы из Казахстана, Армении и других стран ближнего зарубежья могут закупать оборудование и продавать его в России, но, конечно, возрастёт стоимость, сроки и риски. Ведь на это оборудование не будет поддержки и гарантии».

Безопасность — самое уязвимое место таких «полулегальных» закупок. Если с оборудованием окажется что-то не так, компания столкнётся с большими убытками.

Антон Косенко

SRE-инженер

«Можно рискнуть и купить такое оборудование, но нужно помнить, что данные — это самое ценное для компании. Если какая-то поломка разрушит весь массив данных, это принесёт огромные убытки».

Также необходимо помнить, что умное оборудование может управляться удалённо. Особенно актуальна эта проблема для объектов критической инфраструктуры.

Владимир Новосёлов

CIO группы компаний Realweb

«У каждой единицы западного оборудования есть свой номер, а их внутренняя системная программа точно имеет так называемые закладки — скрытые программные возможности удалённого управления.

Имея в распоряжении реестр этих серийных номеров и узнав, что оборудование было поставлено в Россию, их могут просто отключить — за нарушение условий распространения».

Как отмечают эксперты, доподлинно не известно, сколько оборудования осталось внутри страны в свободной продаже. Для начала необходимо сравнить объём оборудования, которое есть в наличии, с потребностями рынка.

Алексей Сухоруков

основатель и владелец Кадрового агентства Алексея Сухорукова и IT-академии Алексея Сухорукова, сооснователь и совладелец международного кадрового агентства Alex Staff Agency

«Один из нетривиальных вариантов решения — государственное регулирование. Необходимо провести инвентаризацию и выяснить, сколько вычислительных мощностей используется на сегодняшний день.

Отследить это несложно — ведь вендоры вели учёт проданного оборудования. Госкорпорация может выкупить всё, что есть, и распределять исходя из потребностей компаний».

Если по такому сценарию пойдут крупные компании, они смогут решить проблемы остального бизнеса, предоставляя свои мощности под облачные вычисления.

Виктор Корейша

технический менеджер Realweb, CTO студии «Феникс», ведущий подкаста «Кода кода»

«Облачные технологии могут стать настоящим спасением. Не нужно покупать сервер навсегда, если вы можете арендовать его на несколько минут в день для сложных расчётов.

Думаю, „Яндекс“ и другие компании, у которых есть технологии и компетенции, в этом случае только выиграют, так как спрос на их сервисы вырастет».

Что ждёт отечественную IT-индустрию

Основное последствие для отечественного IT — подорожание всей цепочки поставок в коммерческой разработке, замедление темпов масштабирования и внедрения новых технологий.

«Я знаю, что у моей компании есть проблемы с закупкой нового оборудования. Это сильно мешает нам расти. Я QA и постоянно слышу об этой проблеме на митингах».

Тимур,
QA-инженер

Больше всего из-за проблем с серверами и вычислительным оборудованием пострадают крупные компании. Они владеют огромными дата-центрами и постоянно нуждаются в замене старого оборудования на новое.

«От IT сейчас зависит практически любая крупная компания. Скорее всего, следует ожидать роста цен на различные услуги: телеком, банковский сектор, разработку ПО и так далее. К примеру, телекомы, серверы которых обслуживают 500 тысяч человек, рассчитаны максимум на один миллион.

Без новых серверов они не смогут подключать новых пользователей, а значит, компания перестанет расти. Когда серверы будут выходить из строя, менять их будет дорого или вообще невозможно, хотя в последнее я не верю».

Тимур,
QA-инженер

Некоторое время компании могут использовать запасы оборудования или оптимизировать затраты. Например, можно экономить вычислительные мощности с помощью облачных сервисов и специальных скриптов, которые запускаются только при обработке информации.

Виктор Корейша

технический менеджер Realweb, CTO студии «Феникс», ведущий подкаста «Кода кода»

«Дефицит оборудования приведёт к отмене запуска новых проектов. В первую очередь под нож пойдут внутренние стартапы, эксперименты и новые продукты, которые требуют больших мощностей».

Резюмируем

  • Дефицит серверов и вычислительного оборудования на рынке России будет усугубляться, особенно пострадают крупные компании и дата-центры.
  • Завозить серверы из ближнего зарубежья начнут с помощью серых схем.
  • Заменить исчезнувшую импортную технику российской в ближайшее время не удастся.
  • Китай не сможет помочь с поставкой серверов, так как нужна техника определённых брендов, которая производится в Тайване.
  • Из-за проблем с серверами увеличится нагрузка на облачные сервисы, возрастёт их цена.
  • В зоне риска окажутся стартапы, связанные с обработкой данных, машинным обучением, дата‑аналитикой.
  • Большие компании могут приостановить масштабирование и поставить на паузу новые проекты.

Учись бесплатно:
вебинары по программированию, маркетингу и дизайну.

Участвовать

Курс

Профессия DevOps-инженер PRO

Вы освоите методологию DevOps: объедините процессы разработки и эксплуатации, ускорите внедрение и доставку новых функций до пользователя.

Узнать про курс
Обучение: Профессия DevOps-инженер PRO Узнать больше
Понравилась статья?
Да

Пользуясь нашим сайтом, вы соглашаетесь с тем, что мы используем cookies 🍪

Ссылка скопирована