Образование
#статьи

Инфобиз, новые рынки и просвещение: о каком будущем EdTech говорили на EdCrunch Glocal

Какие глобальные и локальные тренды будут определять развитие рынка в ближайшие годы, а что ему мешает.

Фото: cokada / Getty Images

Согласно последнему рейтингу крупнейших EdTech-компаний России от Smart Ranking, в 2021 году в секторе продолжался бурный рост. Начался он на волне пандемии: за её первый год рынок EdTech в целом вырос вдвое. И в третьем квартале текущего года выручка 100 крупнейших компаний оказалась на 90% выше, чем за третий квартал 2020-го. Составители рейтинга фиксируют, что рост несколько замедлился. Означает ли это, что не за горами насыщение рынка?

Михаил Мягков, Максим Спиридонов и Василий Алексеев во время дискуссии. Фото: EdCrunch Conference / flickr

С вопроса о том, ждут ли лидеры EdTech-рынка, что вскоре рост должен остановиться, начал дискуссию «Нерезиновый рынок российского EdTech» её модератор, венчурный инвестор и создатель ряда технологических компаний Максим Спиридонов.

Дискуссия проходила на конференции по новым технологиям в образовании EdCrunch Glocal. Темой конференции в этом году было проектирование нового образовательного опыта, а основная площадка проведения разместилась в Алматы (Казахстан).

Ещё есть куда расти. Но есть нюансы

Большинство участников дискуссии уверены, что совокупная выручка EdTech-компаний в России будет расти ещё несколько ближайших лет. Но прогнозы по темпам роста и его источникам разнятся.

Больше школ, больше клиентов

Генеральный директор «Like Центра» Василий Алексеев считает, что у российского EdTech-рынка ещё есть потенциал расширения и насыщения всё новыми и новыми онлайн-школами и цифровыми продуктами:

«Мне кажется, границ ещё не видно. Потому что можно сравнить его [EdTech-рынок], наверное, с бизнесом в девяностых, когда было огромное количество продавцов. И сейчас по спросу мы видим, что растёт огромное количество школ, мы видим, что растёт сам рынок».

Свой рост «Like Центр», по словам Алексеева, спрогнозировал до 2023 года. Компания рассчитывает зарабатывать в десять раз больше к концу этого срока.

С Алексеевым согласился основатель и генеральный директор Maximum Education Михаил Мягков: потолок роста для российских компаний ещё далеко. Он назвал два источника роста:

  • С одной стороны, происходит оцифровка традиционных образовательных форматов, открываются новые рыночные ниши. Подобные процессы, как отметила на другой экспертной сессии EdCrunch «Что происходит в EdTech: глобальные и локальные тренды» сооснователь и управляющий директор HolonIQ Мария Спис, происходят во многих странах мира. В период пандемии образовательные учреждения освоили базовые решения для дистанционного и электронного обучения, а теперь речь идёт о внедрении технологий во все этапы образовательного процесса.
  • С другой стороны, онлайн-формат открывает доступ к образованию тем людям, которые раньше и не думали об обучении. Количество потенциальных клиентов EdTech-компаний постепенно прирастает.

Другое дело, заметил Мягков, что российский рынок всё ещё невелик:

«Все эти темпы роста, чем они измеряются? Мы смотрим на рейтинги, которые сейчас публикуются, смотрим на топ-Х компаний, смотрим, что они выросли на столько-то. Но если собрать вместе всю эту выручку и подумать про весь рынок, то это совсем немного».

Нужна новая аудитория

Основатель и генеральный директор Skillbox Дмитрий Крутов тоже считает, что дальнейший быстрый рост возможен. Но для этого российский EdTech — по крайней мере, в части дополнительного образования взрослых — должен изменить принципы работы с клиентами.

Исходя из экономических и демографических показателей, аудитория образовательных проектов в России составляет около 40 млн человек. И из них, по словам Крутова, хотя бы одну покупку на EdTech-рынке совершили не более 4 млн. Есть, признал руководитель Skillbox, и проблема одной покупки, когда после одного курса или месяца подписки клиент не возвращается. Но новым источником роста для EdTech могут стать только те условные 36 млн, которые до сих пор не проявляли интереса к образованию в новых форматах. С ними нужно работать по-новому, заявил Крутов:

«Нам нужно начать „покупать“ нашего клиента не в момент, когда он уже что-то хочет, а начать с ним работать задолго, хотя бы за полгода, за год до того, как он на что-то решился. Это комплексная большая задача. Думаю, что мы все в ближайшем будущем станем работать больше в просвещении, в вопросе допущения человеком возможности вообще какого-либо обучения и рассмотрения этого как важной жизненной траектории».

Фото: Yuriy Seleznev / Shutterstock

Движение к этой новой аудитории уже идёт, в том числе при поддержке государства. Дмитрий Крутов считает правильным выбранный по проекту «Цифровая экономика» подход к обучению по цифровым профессиям, при котором половина стоимости образовательной программы компенсируется из бюджетных средств. Эта форма поддержки, по его словам, в 2021 году тоже «задрайвила рынок».

Аналогичные тезисы, кстати, чуть ранее прозвучали и на дискуссии о трендах онлайн-образования, состоявшейся на конференции eSTARS, которую организовала НИУ ВШЭ в партнёрстве с глобальной образовательной платформой Coursera.

Замедление неизбежно?

Прозвучали на EdCrunch и менее оптимистичные мнения. Например, на сессии «Что происходит в EdTech: глобальные и локальные тренды» генеральный директор «Нетологии» Марианна Снигирёва уверенно заявила, что российский рынок уже превратился из «голубого океана» в красный, и быстро расти на нём сложно.

Директор по развитию Skypro Михаил Свердлов в ходе дискуссии «Нерезиновый рынок российского EdTech» отметил, что темпы роста EdTech-компаний, судя по имеющимся данным, крайне неравномерны. В среднем рост составляет 20–25%. При этом лидеры увеличивают свою выручку до 400% за год. Получается, часть рынка растёт очень быстро, а до средних 20% темп снижает «хвост» менее успешных компаний.

Основатель и генеральный директор «Алгоритмики» Андрей Лобанов выразил уверенность, что российский EdTech в будущем станет расти медленнее, чем в последние полтора года. Причину он видит в том, что бурный рост во время пандемии поддерживался «полуестественными» способами, и когда внешние факторы ослабнут, произойдёт закономерный откат.

Есть, по мнению Лобанова, и риск спада, ухода EdTech-компаний в минус:

«EdTech первые несколько лет своего развития — это Дикий Запад… Причём в России, когда в школе ты не можешь требовать от учителя, чтобы он с тобой приятно разговаривал, и когда много учителей или [преподавателей] в университетах в целом не думают про педагогическое качество, EdTech в этом смысле всё равно выделялся в лучшую сторону. Но сейчас, когда средний уровень знакомства людей с продуктами всё-таки вырастает, будут расти требования к качеству. Если EdTech не научится повышать качество, то в целом, возможно, рост [рынка] уйдёт в минус».

По мнению эксперта, дальше EdTech-компаниям важно работать над качеством своих продуктов.

Кто будет лидировать в российском EdTech

О том, что рынок ждёт трансформация в сторону повышения качества EdTech-продуктов, в своём выступлении сказал и Василий Алексеев. Да и другие участники не возражали: над качеством надо работать.

Модератор Максим Спиридонов поинтересовался: если главным конкурентным преимуществом станет качество продукта, кто станет лидером EdTech-рынка? Может быть, это будут молодые стартапы, которые предложат какие-то прорывные решения? Ведь, по правилу Парето, 80% инноваций рождаются в тех компаниях, которые располагают всего 20% мировых бюджетов на исследования и разработки — в тех самых стартапах.

Богатые станут богаче

С этим предположением о стартапах не согласился Михаил Мягков. Ключи к успеху, считает он, находятся в руках самых больших игроков:

«Образование очень инкрементально, шаг за шагом развивает технологии. Но у больших компаний есть возможность это сделать. Я не верю, что можно придумать в EdTech суперидею, сидя в лаборатории с очень умными людьми. Я считаю, что ты можешь делать реальное продвижение технологий, когда практикуешь это постоянно, когда постоянно видишь учеников, создаёшь качество шаг за шагом».

Михаил Мягков во время дискуссии. Фото: EdCrunch Conference / flickr

У больших цифровых компаний уже есть доступ к клиентам и возможность инвестировать в новые продукты, поэтому лидерами отрасли будут крупные игроки, уверен Мягков. Правда, он не утверждает, что лидеры останутся теми же, что в существующих сейчас рейтингах.

Рынок расширится за счёт инфобиза

Василий Алексеев, напротив, отметил, что нельзя сбрасывать со счетов «молодых и дерзких». По его мнению, на EdTech-рынке конкурируют не продукты, а системы управления. И следующими лидерами будут игроки с необычными для образовательных компаний бизнес-моделями:

«Очень много людей, которые из так называемого инфобиза попадут в топ-10, 20, 30 рейтинга с очень амбициозными и большими цифрами. Мы не можем их раскрывать до рейтинга, но, так или иначе, с частью мы знакомы… Поэтому я здесь призываю всех наших зрителей быть с открытым умом, когда вы увидите тех людей, которые сделали кратно больше, чем мы могли бы себе представить».

Призыв не случаен: когда несколько месяцев назад в рейтинге крупнейших EdTech-компаний впервые занял первое место по выручке «Like Центр», это вызвало реакцию, как можно судить по комментариям под постом основательницы Smart Rankings Дарьи Рыжковой, от настороженной до агрессивной. Некоторые комментаторы тогда назвали бизнес компании, которая помимо продолжительных программ по предпринимательству продаёт и двух-трёхдневные интенсивы, «инфоцыганством».

Время расти географически

Андрей Лобанов в финале дискуссии о «нерезиновом EdTech» посоветовал создателям образовательных стартапов работать над продуктами, востребованными на внешних рынках. Полагаться на потенциал российской экономики, планируя свой бизнес, не стоит, считает он. К тому же, уверен Лобанов, российский EdTech вполне способен делать образовательные продукты на мировом уровне. Причина не только в методическом наследии советской математической школы:

«[В России] большая жажда знаний и достаточно хороший уровень образованности, чтобы, с одной стороны, создавать продукты, с другой стороны, чтобы аудитория была достаточно голодная для их потребления. В Европе, условно, все более расслабленные. В Азии в этом смысле не так много сильных людей, которые могут создавать».

По мнению Лобанова, в ближайшие пару лет российские компании продолжат тиражировать за рубежом (преимущественно в не самых развитых странах) модели и проекты, которые хорошо сработали в России. Конечно, многие решения потребуется серьёзно переработать под запросы новой аудитории, и успех не гарантирован, но этот трек развития позволит EdTech-компаниям поддерживать высокие темпы роста.

Важно открывать новое

Дмитрий Крутов в рекомендации для новых игроков EdTech-рынка обратил внимание на нишевое обучение — по его прогнозу, это тренд следующего года:

«В узких нишах есть голубые океаны, и в этих нишах можно даже и побеждать. И есть огромное количество примеров. И даже в IT есть новые компании, которые наверняка в ближайшем будущем появятся в рейтинге».

Участники сессии о глобальных и локальных трендах EdTech тоже отметили пространство для появления новых решений:

  • По словам Марии Спис, в мире сейчас не так много технологий для поддержки учеников и их социализации. Новые компании могли бы разработать решения для обеспечения образовательного процесса за пределами урока.
  • А генеральный директор Puzzle English Иван Штанько уверен, что следующим большим трендом станет развитие мышления учеников вместо передачи информации.
Фото: MZeta / Shutterstock

Марианна Снигирёва, кроме технологических трендов персонализации через сбор цифрового следа и развития VR и AR, отметила в качестве важной цели снижение цифрового неравенства:

«Сегодня всё больше людей из разных социальных слоёв начинают доверять онлайн-образованию. И очень здорово, что появляется всё больше программ, которые помогают людям разного возраста получить шанс изменить профессию и начать новую жизнь».

Что станет проблемой

Какие препятствия могут затормозить развитие российского EdTech-рынка? Участники EdCrunch перечислили несколько проблем.

Упаковка продуктов не соответствует содержанию

Об этом заявил Максим Спиридонов, обращаясь к Дмитрию Крутову. Он подчеркнул, что в его собственных проектах внимание к внешнему представлению, маркетинговой оболочке продукта тоже часто было чрезмерным:

«Мы создали в рынке условия, в которых все стараемся быть очень яркими, даём максимальное количество обещаний, и это продаёт. А дальше качество продукта всё-таки утыкает пользователя в то, что повторить он это не всегда хочет, осторожно скажу так, и возникает проблема одной покупки. Не станет ли это тормозом с точки зрения развития? Время прошло, мы затащили массовую публику в EdTech. Уже довольно много людей не смотрят на онлайн-образование как на экзотику. И они просто нас раскусят, скажут: „Ребята, вы обещаете красивые вещи, а пока за этим всем ничего особо не стоит. Поэтому покупаем один раз, потом проклинаем к чёртовой матери“».

Дмитрий Крутов это высказывание назвал спекуляцией и не согласился: с его точки зрения, проблема лежит глубже, а презентация EdTech-продуктов уже перестала быть агрессивно яркой. Компании становятся больше и выбирают более осторожный стиль коммуникаций с аудиторией.

Люди не готовы обучаться дополнительно

Именно в этом, по мнению Дмитрия Крутова, следует искать корни проблемы одной покупки:

«Я много раз говорил, что life-long learning — это термин, приятный нам, рынку, специалистам, маркетологам и экспертам в образовании, но совершенно непонятный, чуждый для обычного человека. Я всегда на это говорю: „Ребята, давайте посмотрим на количество повторных продаж у МГУ“. <…> Проблема одной покупки пока связана с тем, что люди не готовы как-то обучаться дальше, и мы сейчас скорее упираемся в число тех, кто вообще готов это рассматривать».

Лекционная аудитория Московского государственного университета. Фото: Pavel L Photo and Video / Shutterstock

С таким мнением согласился Михаил Свердлов. По его словам, сегодня EdTech-компании работают с самой верхушкой спроса — с теми, кто уже точно решил учиться и даже определился с профессией или конкретным навыком. Но чтобы прийти к такому решению, нужно иметь достаточно свободного времени и ресурсов. Выход представители EdTech видят как раз в том просвещении, о котором ранее говорил Крутов: помощи людям в выборе того обучения, которое сделает их счастливее.

Регулирование будет ужесточаться

Когда EdCrunch подходил к концу, стало известно о принятии Госдумой поправок в закон «Об образовании», которые предписывают, в частности, использовать при обучении в государственных школах и колледжах только верифицированные Министерством просвещения онлайн-платформы и электронные ресурсы. Как отметил на конференции Максим Спиридонов, российские регуляторы нередко сигнализируют о своих намерениях контролировать содержание и форматы цифрового образования. Могут ли государственные ограничения затормозить развитие EdTech, по крайней мере в сфере обучения детей и подростков?

Михаил Мягков считает вполне закономерным, что государство внедряет стандарты контента и платформ для школьного обучения. Для размера EdTech-рынка это, отметил он, скорее плохо. Но ничего катастрофического в контроле он не видит:

«Когда это устаканится, думаю, что будут компании находить методы работать с рынком. Но это никогда не будет, как школьный рынок Штатов, в котором у меня знакомая, — [там] ты выходишь со встречи с директором, продавая ему мессенджер для родителей, и заходит твой конкурент на следующую встречу».

Михаил Свердлов отметил, что участие государства в программах переобучения взрослых иногда приводит к тому, что средства на образовательные программы достаются сомнительным провайдерам:

«Здесь такая же ровно история, как государство инвестирует в высшее образование без каких-либо гарантий. То есть на выходе получается: за 16 млрд рублей в год бюджета — люди, которые получают 30 тысяч рублей. В принципе, такой KPI всех устраивает. Но устраивает ли он нас?»

Однако при этом в сфере дополнительного образования взрослых государство не мешает EdTech-компаниям достигать других, более высоких показателей по результативности переобучения. Поэтому у федеральных программ переподготовки, считает Свердлов, есть хотя бы непрямая польза — они продвигают IT-профессии, сообщают гражданам о будущих изменениях рынка труда, ориентируют адаптироваться к переменам и осваивать новое.

Похоже, что именно поиск и вовлечение новых аудиторий — и на зарубежных рынках, и внутри страны, — а также работа над качеством будут главными направлениями ближайшего развития российского EdTech.

Нейросети для работы и творчества!
Хотите разобраться, как их использовать? Смотрите конференцию: четыре топ-эксперта, кейсы и практика. Онлайн, бесплатно. Кликните для подробностей.
Смотреть программу
Понравилась статья?
Да

Пользуясь нашим сайтом, вы соглашаетесь с тем, что мы используем cookies 🍪

Ссылка скопирована