6 продуманных ландшафтных проектов по миру, где озеленение стало частью городской среды

Иногда ландшафтному дизайнеру приходится создавать природу практически с нуля — так появляются удивительные проекты вроде тропического сада внутри аэропорта или парка прямо на железнодорожных путях. А иногда нужно почти ничего не менять и аккуратно адаптировать озеленение в уже существующий лес или сложный рельеф.

Собрали шесть проектов из разных стран, чтобы посмотреть, как эти подходы работают на практике и что помогает дизайнерам и озеленителям создать комфортную городскую среду с природным ландшафтом и растениями.

В статье — подробнее:

• как продуманное озеленение помогло превратить аэропорт в пространство для прогулок и отдыха;
• почему сады Пита Удольфа выглядят так естественно, будто они такие красивые сами по себе, и как этот метод сочетается с озеленением мегаполисов;
• как ландшафтный дизайн может поддерживать технологичный характер города;
• как заброшенную железную дорогу превратили в один из самых известных парков Нью-Йорка;
• как при благоустройстве сохранить существующий рельеф и растительность;
• как встроить прогулочные маршруты в сложный природный ландшафт, не меняя его кардинально;
• почему современный ландшафтный дизайн не всегда означает больше озеленения.

Аэропорт Чанги в Сингапуре

Обычно аэропорт ассоциируется со стойкой регистрации, табло рейсов и парфюмерией в дьюти-фри. А в сингапурском аэропорту Jewel Changi внутри огромного стеклянного здания пассажиры могут пройтись по настоящему саду с прогулочными маршрутами, живыми изгородями и водопадом.

Комплекс Jewel в аэропорту Чанги открылся 2019 году. За архитектурные решения проекта взялся Моше Сафди, его культовые здания можно найти в разных уголках мира. Например, в Канаде — уникальный жилой массив Habitat, а в том же Сингапуре — курортный комплекс Marina Bay Sands. Ландшафтным дизайном занимались специалисты из американской компании PWP Landscape Architecture.

В центре сада находится водопад высотой около 40 метров. В проекте учитывали влажный климат региона: поэтому фонтанирующая вода пополняется чистой дождевой, а после используется по всему зданию.

Посетители воспринимают развлекательный комплекс Jewel скорее как отдельную достопримечательность и приезжают сюда просто отдохнуть. Это показатель того, как архитектурный проект с продуманной работой ландшафтников может обрести новое значение для города.

Сады Пита Удольфа: сад Лури в Чикаго и Хай-Лайн в Нью-Йорке

Выбрать один проект у известного ландшафтного дизайнера Пита Удольфа нелегко, поэтому рассказываем про несколько самых популярных и значимых для сферы ландшафтного дизайна.

Ландшафтного дизайнера Пита Удольфа часто называют главным современным садоводом в стиле натургарден. Такие проекты воссоздают атмосферу дикой природы, сам дизайнер при этом практически не вмешивается в естественную среду, то есть не используют природный рельеф и местные растения. Такой экосад выглядит так, будто за основу взяли уже существующий уголок леса или другой растительности и просто обустроили его. Но на деле сады в стиле натургарден создают в основном с нуля.

В проектах Пита Удольфа нет эффекта идеально подстриженных лужаек, растения выглядят одинаково большую часть сезона: для этого он использует многолетники и злаки, собирая их в крупные композиции. Растения подбирают по форме, срокам цветения и тому, как они будут выглядеть после отцветания. Такие сады меняются в течение года — например, весной появляются луковичные, осенью становятся заметнее злаки и сухие соцветия, а зимой сохраняется геометрия посадок.

Идеи Удольфа повлияли на то, как выглядят современные ландшафтные пространства: растения могут не отвлекать от архитектуры и создавать с ней цельную единую композицию.

Среди известных общественных проектов дизайнера — Lurie Garden и High Line.

Лури Гарден в Чикаго

В 2011 году в историческом Миллениум Парке в 2011 году открылся Lurie Garden — ботанический сад площадью почти 1 га с прогулочными маршрутами, который окружает высокая и плотная городская застройка.

Пит Удольф работал над проектом вместе с ландшафтными архитекторами из Gustafson Guthrie Nichol. Композиция сада вдохновлена историей Миллениум Парка и в частности строительством самого Чикаго. Первое поселение возвели в XIX веке над болотистой местностью — и меньше чем через сто лет оно превратилось в прогрессивный город с первым в мире 10-этажным небоскрёбом.

Поэтому вдвойне символично, что живой сад разбит на крыше подземного паркинга — для этого пришлось с нуля воссоздавать искусственный рельеф прямо на бетонной плите. Это символизирует труд человека, который нечеловеческими силами адаптируется к сложным природным условиям. Поэтому ландшафтники решили подчеркнуть эту мысль асимметричной архитектурой с угловатыми дорожками, которые с высоты напоминают дорожную карту.

Концепция сада объединяет идею прошлого и будущего через контраст густо засаженного и просторного, сухого и влажного. Две растительные зоны — Светлое и Тёмное плато, которые объединяются центральным променадом Seam.

Тёмное плато символизирует «дикое» прошлое, когда первым поселенцам приходилось бороться с природным ландшафтом и строить город с нуля. Эта часть визуально более затенённая, густая и влажная. Здесь высажены папоротники, кустарники и деревья (например, декоративные вишни, багрянник, робинии), приглушающие свет.

Светлое плато символизирует будущее и стремление к технологическому развитию. Поэтому здесь воссоздали просторную, залитую солнцем равнину — антураж прерии Средне Западной Канады. Это открытая, сухая, наполненная светом и ветром зона, где Пит Удольф высадил огромный ковёр из более чем 130 видов трав и многолетников.

Так как рядом с садом Лури проходят концертные программы, архитекторам было важно отделить прилегающую зону сада от шума. Так появился один из главных ландшафтных элементов — изогнутая изгородь из высоких кустарников, которая помогает регулировать поток людей и создаёт уединенный природный уголок.

Сад Лури с точки зрения ландшафтной архитектуры показывает, что даже вблизи плотной городской застройки можно гармонично встроить природную среду.

Парк Хай-Лайн в Нью-Йорке

High Line в Нью-Йорке — один из самых известных примеров того, как бережно спроектировать общественное пространство с озеленением в промышленных зонах.

Парк появился на месте надземной грузовой железной дороги в районе Вест-Сайда на Манхэттене, движение по ней полностью прекратилось в 1980 году. С этого момента пути постепенно заросли травами, кустарниками и другими растениями. При этом самой эстакаде угрожал снос.

В 1999 году местные жители Джошуа Дэвид и Роберт Хэммонд основали некоммерческую организацию Friends of the High Line и стали бороться за то, чтобы сохранить сооружение и его сделать из него общественное пространство. В 2003 году организация провела открытый конкурс идей, а позднее началась разработка будущего парка. Первая очередь Хай-Лайн открылась в 2009 году, вторая — спустя три года, а участок Rail Yards — в 2014-м.

За проект в итоге взялись опытное архитектурное бюро Field Operations и ландшафтная дизайн-студия Diller Scofidio + Renfro, а Пит Удольф отвечал за подбор растений. Первая часть Хай-Лайн открылась в 2009 году, следующие участки — в 2011 и 2014 годах.

Проектировщики не стали превращать эстакаду в обычный городской парк. Отправной точкой стал ландшафт, который самостоятельно сформировался здесь за годы запустения. Удольф подобрал растения так, чтобы сохранить ощущение естественно заросших железнодорожных путей, а в некоторых местах старые рельсы встроили прямо в посадки. Так дизайнеры старались перенести метафору естественной природы, которая буквально поглощает город.

Следы железной дороги сохранились и в устройстве самого пространства. Хай-Лайн остаётся линейным маршрутом: посетитель движется вдоль бывших путей, а растения, декоративные материалы и зоны отдыха постоянно чередуются между собой. Даже бетонные элементы покрытия постепенно расходятся, освобождая место для растительности, — приём, который авторы проекта называют частью стратегии agri-tecture, соединяющей архитектуру и ландшафт.

В результате индустриальное прошлое сооружения не маскируют новым благоустройством, вместо этого подчёркивается его идентичность и уникальность для города. А появившаяся по стечению обстоятельств дикая растительность стала опорой для идеи этого проекта.

Вертолётная площадка в Самаре

«Вертолётка» находится в Красноглинском районе Самары, на высоком берегу Волги. С площадки открываются виды на Волгу, Жигулёвские и Сокольи горы, Самару и Самарскую Луку. До реконструкции место уже было популярным, но нуждалось в обновлении.

Проект разработала команда под руководством архитектора Адели Иваевой, а за растительный дизайн отвечала ландшафтный архитектор Евгения Руссу. Территорию благоустроили в 2021 году.

Отличительная идея проектирования вертолётной площадки в том, что маршруты и функциональные зоны подстроены под существующий рельеф. Видовые площадки, прогулочный променад, места отдыха и другие элементы буквально нанизаны на склон.

Растения тоже подчинены местному контексту. В проекте старались создать ощущение природного луга с разными травами, поэтому тут злаки, шалфей, герани, многолетники. Их высаживали крупными массивами, чтобы не получить визуальный вид отдельных клумб, а сделать всю композицию более естественной.

Ландшафтный архитектор Руссу рассказывала, что в проекте хотели создать эффект «цветущих волн»: когда в разные сезоны внешний вид сада меняется за появления новых или отцветания старых растений. Благодаря такому подходу, близкому принципам Пита Удольфа, часть растений помогает укреплять склон и выполняют практическую функцию, а за счёт сезонности посадок пространство меняется и остаётся гармоничным в разное время года.

Ольга Еремеева

директор «Ландшафтной Мастерской» Александра Толоконникова

---

— Когда приезжаешь на вертолётную площадку, дух захватывает от вида на величественную Волгу и того, как подчёркнут рисунок её русла. Ты буквально не смотришь под ноги, но тебе и не надо: на холме организованы удобные дорожки и комфортные видовые лавочки. При этом озеленение не отвлекает от реки, а дополняет — так создаётся ощущение, что вокруг естественная растительность.

Моховые горы в Нижегородской области

Ещё один российский пример гармоничного ландшафтного дизайна. Моховы горы — это рекреационный парк, который находятся рядом с Нижним Новгородом на другом берегу Волги — в городе Бор. Территория представляет собой гряду дюнных холмов с густо растущими соснами. В начале XX века здесь находились дачи нижегородской интеллигенции.

Проект благоустройства разработало архитектурное бюро «Гора». Специалисты сознательно выбрали деликатный сценарий: не перекрывать существующий ландшафт крупными объектами, а аккуратно встроить в него новые маршруты.

Главное архитектурное решение проекта — система деревянных настилов и мостов с разнообразием маршрутов. Один из них проходит над склоном, где расположена смотровая площадка.

Ольга Еремеева

директор «Ландшафтной Мастерской» Александра Толоконникова

---

— Выбрать традиционное мощение на бетоне было нельзя — чтобы не повредить корневые системы уже взрослых деревьев. Поэтому дорожки представляют собой систему настилов, по которым удобно двигаться в условиях меняющегося рельефа: по ним посетители спускаются к пляжу и поднимаются на круговой мост, где открывается красивый вид.

В проекте сохранили сосны и существующий характер места. Новые элементы работают как инфраструктура для прогулки: с разных точек открывается обзор на лесные пейзажи, берег и Волгу, но при этом лес остаётся центральным визуальным объектом. Это отличает деликатное благоустройство от реконструкции: акцент делают на изначальных данных проекта, а не новых элементах архитектуры.

Моховые горы, как проект, интересны ещё и тем, что связывают природный и культурный контекст. С одной стороны красота леса, природного рельефа и вид на Волгу, а с другой — история дачного места и память о Горьком и Шаляпине, которые здесь бывали. Ценность парка и самого проекта именно в этом — он сохраняет многогранный характер места.

Как современный ландшафтный дизайн вписывается в городские общественные пространства

Все перечисленные проекты отличает схожий принцип к проектированию: здесь ландшафт напрямую влияет на концепцию и сценарий пространства. И результат не столько помогает сделать город зеленее, сколько разнообразнее. Иногда лучший способ изменить пространство — не переделать его полностью, а понять, что в нём уже работает.

Ольга Еремеева

директор «Ландшафтной Мастерской» Александра Толоконникова

---

— Сегодня мы живём в быстром ритме и стрессе, проводим много времени в городах, хотя природная среда для человека остаётся более привычной, чем бетонные многоэтажки. Ведь человечество существует уже тысячелетия — и в сравнении с этим городская жизнь лишь недавно стала привычной.

Поэтому возможность хоть ненадолго устроить человеку свидание с естественной природой уже воспринимается как новая роскошь: вернуться в естественную среду, чтобы восстановить силы.

Задача ландшафтника — сделать такое свидание возможным. Иногда для этого нужно превратить аэропорт в джунгли, вернуть растительность на заброшенную железнодорожную ветку или даже устроить натуралистичный цветник на крыше парковки в центре мегаполиса. А иногда задача обратная — сделать комфортным пребывание человека в естественной природе с минимальным вмешательством в существующий биоценоз.