Образование EdTech
#статьи

EdTech в России: каково положение дел и что с перспективами развития

Представители EdTech-компаний обсудили на ММСО, что происходит с рынком онлайн-образования.

Фото: sturti / Getty Images

Из этой статьи вы узнаете:


Последние месяцы поставили перед игроками EdTech-рынка, как и перед всем бизнесом, новые вопросы. Отразился ли уход зарубежных компаний, в частности Coursera, на спросе на отечественные образовательные продукты? Нужно ли вообще людям обучение в текущей ситуации? Чего сейчас студенты ждут от обучения и что им может предложить российская индустрия онлайн-образования? Как EdTech-компании оставаться конкурентоспособной в новых условиях?

Эти и другие вопросы обсудили эксперты IX Московского международного салона образования (ММСО-2022) на сессии «Отечественные ресурсы в EdTech: как создать лучшие цифровые решения для обучения и развития сегодня». Мы предлагаем ознакомиться с главными тезисами спикеров, а запись дискуссии можно посмотреть во «ВКонтакте».

«Сидим, ждём, присматриваемся»: что происходит с EdTech‑рынком в России

Модератор Наталья Журавлёва, директор дивизиона «Цифровые платформы образования» компании «Сбер», предложила для начала прояснить, как сейчас обстоят дела на рынке онлайн-образования.

Общую картину описала Наталья Царевская-Дякина — генеральный директор EdTech-акселератора ED2 и директор EdTech-направления фонда «Сколково».

По её словам, аналитики агентства Smart Ranking отметили рекордные показатели в 2021 году: выручка ста крупнейших российских EdTech-компаний составила 73 миллиарда рублей — на 70% больше, чем в 2020-м. Объём всего рынка образовательных технологий эксперты оценивают в 83 миллиарда рублей.

Фото: официальная страница ММСО во «ВКонтакте»

При этом темп роста EdTech-рынка уменьшился. Как заметила Царевская-Дякина, здесь свою роль сыграло то, что острая фаза пандемии прошла и офлайн-образование снова стало востребованным — хотя и не в таких объёмах, как во времена до COVID-19.

Согласно данным, которые озвучила Наталья, самая прибыльная ниша в EdTech — взрослое дополнительное образование. Крупнейшие компании в этом сегменте — Skillbox, Skyeng, «Яндекс.Практикум».

Говоря о главных тенденциях онлайн-образования 2021 года, спикер назвала следующие:

  • Спрос на IT-профессии и другие новые специальности, который не могут оперативно удовлетворить вузы и учреждения СПО. Так, по словам Натальи, Skillbox и «Нетология» совокупно выпускают за год больше IT-специалистов, чем учреждения формального СПО.
  • Выход на международные рынки. Аналитики отметили, что российские EdTech-компании инвестировали в зарубежные проекты, и наоборот.
  • Усиление связи обучения с трудоустройством. Современным студентам нужны не просто знания и навыки, а достижение конкретных целей, в том числе карьерных.
  • Снижение количества новых проектов в школьном образовании. По словам Натальи, «количество стартапов, которые пытаются предлагать инновационные технические образовательные продукты, ориентированные на школы, практически сошло на нет». Как отмечает спикер, на это повлияло усиление регуляции этой сферы со стороны государства. В том числе — верификация Министерством просвещения электронных образовательных ресурсов, используемых в школе.

Также Наталья назвала «не барьерами, а данностью» отсутствие нормативно-правовой определённости в отношениях между государством и EdTech-проектами. И как следствие — то, что дипломы, выданные в частных организациях дополнительного профессионального образования, практически не признаются работодателями.

О том, как ситуация изменилась с конца февраля нынешнего года, по словам спикера, делать однозначные выводы пока рано. Однако уже есть данные, полученные с помощью опросов среди представителей EdTech-компаний:

«Мы провели несколько опросов, это усреднённые опросы, потому что за два месяца какую-то статистику сложно проводить и строить прогнозы, но тем не менее. Более 50% — падение трафика соцсетей, более 40% — падение количества регистраций. И сейчас почти все игроки рынка говорят о том, что продажи в основном повторные, то есть новых клиентов брать практически неоткуда. Предыдущие каналы недоступны, альтернативные варианты типа рекламы на телевидении для нашего сегмента дороги. Мы даже в нашем чате опрашивали: „Ребята, а что вы делаете?“ 80% ответов на этот вопрос: „Сидим, ждём, присматриваемся“».

Царевская-Дякина рассказала, что самое значительное падение отмечено в сегменте IT-профессий — той самой ниши, которая раньше обеспечивала выраженный рост крупнейших EdTech-компаний. На снижение спроса, согласно выводам эксперта, влияют меньшая доступность кредитов и рассрочки, уменьшившийся горизонт планирования и падение покупательской способности россиян. По словам Натальи, «это уже данность, с которой сейчас наши коллеги по EdTech-рынку будут бороться, предлагая новые продукты».

По данным Натальи, практически не пострадала ниша подготовки к ОГЭ и ЕГЭ, а также онлайн-репетиторство. По её мнению, это связано с тем, что в обществе не принято экономить на детях, да и готовить их к поступлению в вузы в любом случае нужно. Отмечается небольшой рост в сегментах изучения иностранных языков, также выросла востребованность курсов, связанных с психологией и эмоциональным состоянием.

К концу года спикер прогнозирует падение всего рынка на 40%, однако считает, что сегмент цифровых и прочих профессий, которые требуются российской экономике, в итоге обязательно «отыграется». Точками роста, по мнению Натальи и её коллег, здесь могут быть импортозамещение, корпоративное обучение и новые форматы — например, более короткие курсы, модульное обучение. Как считает спикер, на пользу EdTech-рынку может действовать психологический фактор — люди сейчас ищут точку опоры, и ей могут стать образование и саморазвитие. Правда, по словам эксперта, в нынешних условиях за студентов «придётся побороться», в том числе делая упор на качество образовательных продуктов.

Для чего люди идут учиться и при чём здесь формирование сообщества

Как заметила Наталья Журавлёва, представителей EdTech-индустрии беспокоит и возможное снижение интереса к обучению вообще, и то, что у людей, желающих учиться, уменьшаются ресурсы. И поэтому ощутимый результат, который получат выпускники, вложив своё время и деньги, становится ещё важнее, чем прежде. Чего в таких условиях ожидают студенты от обучения? И что отечественный EdTech может им предложить?

Александр Федяков, директор «Школы 21», обучающей взрослых IT-профессиям, согласился с тем, что сейчас EdTech-компаниям приходится серьёзно конкурировать за время людей. В том числе — с развлекательной индустрией. При этом спикер заметил, что его школа предлагает вполне конкретные результаты обучения — старт и развитие карьеры в IT. И это стало её преимуществом:

«Мы в зоне комфорта находимся относительно большей части рынка. Просто потому, что у нас ценность на выходе очень ясна: понятная стажировка и высоковероятное трудоустройство для участников в конкурентоспособной отрасли. Тем не менее рынок полон, и на нём нужно уметь привносить что-то, чтобы отстраиваться от конкурентов».

Александр назвал ещё три рецепта конкурентоспособности:

  • Персонификация. По словам спикера, и в смешанных, и в онлайн-форматах студентам часто приходится подстраиваться под время занятий. Хорошо, если участники могут сами выстраивать индивидуальный график и выбирать проекты, а оборудованные кампусы для занятий открыты в режиме 24/7, как в «Школе 21».
  • Развитие гибких навыков. Тут помогает формирование команд из учащихся и обязательная коммуникация между студентами. Например, когда они оценивают работы друг друга. Взаимодействие неплохо стимулирует геймификация — баллы и внутренняя валюта, достижения и уровни.
  • Обучение на практике. По словам Александра, когда студенты учатся на конкретных проектах, это и фокусирует их, и позволяет им получать больше удовольствия от решения задач и достижения результатов.

На примере «Школы 21» видна ещё одна важная для организаторов обучения IT‑профессиям тенденция: многие приходят учиться, вообще не имея опыта в программировании (об этом говорят практически все участники рынка), и возраст учащихся может быть от подросткового до пожилого. Поэтому программу надо строить с учётом этих факторов.

О важности формирования сообщества и инклюзивности в широком смысле рассказала и Наталья Климчук, руководитель школы дизайна BBE (Bang Bang Education). По её опыту, студенты часто приходят в школу именно за средой единомышленников, в которой смогут раскрыться и встретить друзей.

К тому же развитие сообщества, считает спикер, эффективно работает и на привлечение новых студентов — как сарафанное радио.

Наталья также предполагает, что отличительной особенностью той или иной онлайн-школы могут стать ценности, которые она транслирует, потому что в целом сейчас разные образовательные проекты используют на своих сайтах одни и те же посылы к целевой аудитории:

«Если убрать логотип, ты не понимаешь, где ты находишься, в какой из школ, как её выбрать, тоже не очень понятно. По цифрам ты выбираешь. Размер обещанных зарплат — может быть, вот такие примерно выборы люди сейчас совершают. А хотелось бы, чтобы ориентировались, конечно, на другое».

Наталья привела слова философа Жиля Делёза о том, что из университетов ушло творчество и там теперь происходит только адаптация к рынку труда. Вузы, обучая конкретным профессиям, «обслуживают реальность, вместо того чтобы эту реальность создавать». По мнению спикера, это проблема, которую хотелось бы обсуждать и в контексте EdTech. То есть, как считает Наталья, важно строить образовательный проект не на том, какие профессии нужны рынку, а на ценностях, которые компания хочет транслировать. И уже на эту основу «нанизывать» профессии.

Сравнивать образование и развлечение спикер считает некорректным, так как главное в первом, по её мнению, — совершенствование человека, который потом сможет улучшить мир. И здесь очень важно развивать у студентов метакогнитивные компетенции, то есть «учить учиться».

Также Наталья Климчук подчеркнула значимость инклюзивности и доступности обучения. В качестве примера из практики BBE она рассказала об опыте девушки без слуха, которая успешно окончила курс по UI/UX. В развитии инклюзивного подхода, как считает Наталья, очень важно, чтобы люди не боялись обучения и оценок, — поэтому балльную и зачётную систему стоит пересмотреть.

Какое качество обучения студенты ожидают от EdTech и как его измерять

В разговоре о целях и результатах обучения нельзя обойти стороной и тему его качества — что логично приводит к обсуждению, как его измерить.

Руководитель программ педагогических практик Skillbox Кирилл Прудников заметил, что с ростом EdTech-рынка выросли и ожидания пользователя от образовательного продукта. И вместе с тем усилился запрос на оценку качества обучения изнутри. По мнению Кирилла, бурные дискуссии на эту тему в скором времени приведут EdTech либо к выработке единых стандартов, либо к «полифонии» стандартов и исследований, которые помогут развитию всей индустрии.

Сейчас, как рассказал Кирилл, существует два основных подхода к измерению качества обучения. В первом акцент ставится на доходимость курса до конца — COR. Если этот показатель приближается к 100%, значит, курс качественный. Во втором подходе главным результатом обучения считается трудоустройство. То есть компания обещает устройство на работу по прохождении определённых модулей, и если студент их прошёл и трудоустроился — курс качественный.

Однако, по мнению спикера, у этих подходов есть недостатки — они не учитывают то, что у человека может меняться цель в процессе обучения. Бывает и так, что желаемый карьерный трек у него не вертикальный, а горизонтальный (он хочет развиваться на своём же месте). Либо ему вообще нужно получить из курса лишь определённую тему, а остальное не требуется.

Поэтому, считает эксперт, полезно применять сразу несколько подходов. С одной стороны, выяснять, с какой целью человек приходит учиться, отслеживать, как она меняется в процессе, и спрашивать, достигнута ли в конце. Одновременно с этим, конечно, стоит подсчитывать процент доходимости и трудоустройства, но понимая, что эти цели не всегда главные для студента.

Также Кирилл рассказал об усиливающемся тренде на продуктовый подход в образовании. Суть в том, что студент ставится в центр внимания, и задача аналитиков — отслеживать его движение по курсу, улучшать его опыт, чтобы повысить потребительскую лояльность. В свете озвученных Натальей Царевской-Дякиной данных о том, что большинство продаж в EdTech сейчас повторные, такой подход становится всё более значимым.

По поводу конкретных метрик Прудников заметил, что сейчас нет какого-то универсального набора показателей, измерение которых будет полезно каждому проекту:

«Здесь, опять же, мне кажется, что у нас и у наших коллег-конкурентов появился целый набор критериев, тех самых образовательных метрик, которые измеряются внутри образовательного продукта. Никто теперь точно не меряет, например, только CSAT, то есть понравился или нет курс, на уровне удовлетворённости. Или только NPS — будет студент рекомендовать курс или нет. А каждый какую-то свою собирает „коробку“, „лукошко“, набор метрик. В Skillbox на данном этапе нет финальной, в граните отлитой системы. Она может видоизменяться на основании запроса пользователя, рынка, на основании возрастающей нашей экспертизы, потому что поле довольно новое. И здесь очень многое зависит от меняющегося запроса и тенденций. Поэтому мы меряем удовлетворённость, продуктивность и успеваемость».

Удовлетворённость, по словам Прудникова, измеряется совокупно показателями CSAT и NPS. В измерениях продуктивности Skillbox отслеживает конверсии по двухнедельным когортам. Как рассказал эксперт, для компании важна не столько финальная доходимость (хотя она тоже подсчитывается), сколько переход от модуля к модулю. Это помогает выяснить, насколько модуль прост или сложен, и внести соответствующие улучшения. А в показатель успеваемости входят не только оценки за домашние задания и тесты, но также достижения студента вне образовательной платформы — например, победы в конкурсах.

Все решения об изменении образовательного продукта, по словам спикера, принимаются только с учётом этих взаимосвязанных показателей. И ни в коем случае выводы не базируются на одном показателе или тем более только на интуиции или прошлом опыте.

Наталья Царевская-Дякина по поводу метрик тоже подчеркнула, что главным показателем, от которого отталкивается EdTech-индустрия, становится достижение студентом своей цели. По её словам, сейчас очень актуально первичное тестирование учащегося, которое поможет студенту ответить на вопрос «Зачем я иду учиться?», а компании — взять на себя ответственность довести его до этой цели.

Кирилл Прудников рассказал и ещё об одном подходе к качеству — только уже не обучения, а организации обучения. Агентство Smart Ranking на основе исследования выявило три группы критериев образовательного продукта, которые влияют на опыт и результаты студента:

  • Институциональность: диплом установленного образца и возможность получить налоговый вычет, курсы с разными формами взаимодействия, подробная информация о курсах и преподавателях, предоставление кредита или рассрочки, возможность вернуть деньги.
  • Учебный процесс: проверка знаний учащегося перед зачислением на курс, техническая поддержка, быстрые ответы консультанта, доступность преподавателя, проверка успеваемости.
  • Трудоустройство: связь с работодателями, практикующие преподаватели, профориентация студентов.

По мнению Кирилла, такая модель даёт EdTech-компаниям новый стандарт, на который стоит равняться, и новые точки сравнения с конкурентами по рынку.

«Это такой „святой Грааль“»: какие задачи и «боли» EdTech требуют решения прежде всего

Наталья Журавлёва спросила участников, чего, по их мнению, сейчас не хватает на отечественном рынке EdTech и что может стать зоной развития в ближайшее время.

Как считает Александр Федяков, даже после ухода с рынка крупных игроков вроде Coursera, недостатка в образовательном контенте не наблюдается. Но есть проблема с фильтрацией и качественным подбором этого контента:

«Люди сильно разные. У всех разные персональные качества на старте, кто-то больше, кто-то меньше склонен к риску. Кто-то любит математику, кто-то — музыку. В зависимости от этого люди по-разному реагируют на тот контент, который мы им даём. Кажется, работать в направлении того, чтобы эта система подбора, сортировки контента в зависимости от каждого конкретного человека была максимально эффективной, — это большая такая задача, такой „святой Грааль“, который позволит многие задачи решить».

Ещё одно перспективное направление работы, по мнению Александра, — выстраивание эффективной системы обратной связи. Сейчас, как рассказал спикер, фидбэк от работодателей и студентов, которые устроились на стажировку, школа получает через месяцы или даже годы. Улучшение механизмов обратной связи поможет более оперативно реагировать и улучшать образовательный контент.

Наталья Царевская-Дякина поделилась мнением о том, что ключевым направлением развития EdTech-индустрии должно стать признание работодателями дипломов и сертификатов образовательных онлайн-платформ:

«В чём система монетизации Coursera: образование бесплатно, диплом за деньги. То есть для того, чтобы получить сертификат от Coursera, нужно, во-первых, прослушать курс, во-вторых, заплатить. Почему так получилось? Диплом Coursera признаваемый. Слушатель, имея сертификат курса Coursera, говорит: „Смотрите, я окончил [курс]“, и у этой бумажки формата А4 высокий статус. Это для нас всех не просто зона ближайшего развития, это зона ближайшей активной работы. Чтобы сертификаты, полученные в „Школе 21“, в Skillbox, „Нетологии“ и так далее, признавались нашим работодателем. Это прям работа категории „обязательное“, иначе мы не пройдём дальше тех самых то ли 2%, то ли 10% населения, которые склонны к самообучению и действительно хотят карьерно развиваться».

Какая стратегия эффективнее: конкуренция или кооперация?

Тему, затронутую Натальей Царевской-Дякиной, регулярно поднимает и Александр Ларьяновский, управляющий партнёр и директор по бизнес-развитию школы Skyeng: EdTech-индустрия работает с очень маленькой частью людей, ориентированных на образование и саморазвитие, и пока не может «достучаться» до остальных.

И поскольку тема эта животрепещущая для всех участников рынка, в завершение дискуссии модератор Наталья Журавлёва задала участникам вопрос: какую стратегию лучше выбрать в этих условиях? Конкурировать, предлагая лучшее качество и иные преимущества, или кооперироваться, пытаясь объединить аудиторию?

Наталья Климчук ответила, что концепция BBE разрабатывалась согласно представлениям о том, «как должно быть», а не «как это устроено у других». При этом, по словам спикера, школа не против объединять усилия с другими и делиться аудиторией.

Кирилл Прудников считает, что это очень сложный вопрос и ответ на него потребует времени. Он отметил, что рынок действительно очень конкурентный, к тому же на нём появляются новые игроки — например, вузы, которые выходят в дополнительное профессиональное образование на новую для себя аудиторию с помощью онлайн-платформ. А как себя проявит огромный сегмент людей, ранее не учившихся онлайн, по словам Кирилла, пока неясно.

Оптимистичным взглядом поделился Александр Федяков. По его мнению, «места на рынке хватит всем», так как в новом мире люди регулярно будут переучиваться, менять профессии и виды занятости, просто получать новые навыки и знания, потому что им это интересно.

А Наталья Журавлёва рассказала о новом проекте «СберОбразования» под названием Edutoria. Это маркетплейс образовательных курсов от различных провайдеров — EdTech-платформ, вузов и корпораций. Такая площадка, считает Наталья, способна стать пространством как для кооперации, так и для здоровой конкуренции.


Курс

Запускаем онлайн-курс: от идеи до первых продаж

Вы научитесь запускать прибыльные курсы и вебинары с минимальными вложениями. Поймёте, как вывести в плюс существующие EdTech-проекты и зарабатывать на онлайн-обучении.

Узнать про курс

Учись бесплатно:
вебинары по программированию, маркетингу и дизайну.

Участвовать
Обучение: Запускаем онлайн-курс: от идеи до первых продаж Узнать больше
Понравилась статья?
Да

Пользуясь нашим сайтом, вы соглашаетесь с тем, что мы используем cookies 🍪

Ссылка скопирована