Стейдж-дизайн: как изменилась театральная сцена за последние сто лет

Сценография и стейдж-дизайн сегодня — сложная инженерно-художественная дисциплина. Она объединяет архитектурные навыки, художественное видение и главное — способность передавать зрителям новые смыслы. Долгое время оформление сцены воспринимали как фон, который просто показывает место действия спектакля. Однако с развитием театрального искусства и технологий сценография стала отдельным направлением, и сегодня сценографы превращают декорации в полноценный элемент действия.

В статье разбираемся:

• есть ли разница между стейдж-дизайном и сценографией;
• в какой момент сценография вышла за рамки работы декораторов;
• почему иммерсивность стала главным трендом в сценографии;
• и какие спектакли стоит посмотреть, чтобы разобраться в этом искусстве.

Что такое стейдж-дизайн в театре

Сценография, или театральный стейдж-дизайн, — искусство оформления сцены, создания пространственно-временной среды спектакля. Оно включает в себя проектирование декораций, организацию сценического пространства, работу со светом, цветом, фактурами и бутафорией.

Часто понятия «сценография» и «стейдж-дизайн» используют как синонимы, хотя исторически они обозначают не совсем одно и то же. Сценография — термин, прижившийся в русскоязычной практике и теории театра. Это оформление сцены в широком смысле этого слова. Сценограф придумывает философию пространства, которая помогает раскрыть смыслы, заложенные автором и режиссёром.

Стейдж-дизайн — классический для западной академии термин, описывающий проектирование, конструирование и визуальное оформление физической сцены. Это более универсальное понятие, которое относится не только к театру — в стейдж-дизайне нуждаются концерты, музыкальные фестивали, корпоративные мероприятия, модные показы, телевизионные шоу и масштабные презентации.

Современный театр постоянно экспериментирует с оформлением сцены, используя разные технические средства. На фото — сценография одного из эпизодов спектакля «Литургия Зеро» (режиссёр Валерий Фокин, сценография Александра Боровского), в котором используется вращающаяся платформа, вмонтированная в сцену

Если вы хотите использовать термины в их точном смысле, то можно говорить о стейдж-дизайне в случае сцены для концерта со сложной геометрией экранов, лазерами и пиротехникой, а о сценографии — когда сцена становится действующим лицом мероприятия. Но в последнее время эти понятия используют как синонимы, так как и создатели развлекательных шоу тоже стремятся передавать смыслы и настроения, а не просто делать красивое оформление.

Читайте также:

Кто такой стейдж-дизайнер и почему за этой профессией будущее?

Как сценография стала отдельным направлением театрального искусства

Исторически оформление сцены долгое время оставалось ремеслом декораторов — художников, которые переносили живописные полотна на задники и кулисы, чтобы создать плоскую перспективу. Ситуация изменилась на рубеже XIX и XX веков с появлением режиссёрского театра и развитием технического прогресса.

В начале XX века режиссёр и сценограф Эдвард Гордон Крэг и архитектор Адольф Аппиа выступили против плоских расписных декораций. Аппиа считал, что трёхмерное тело актёра требует трёхмерного пространства и пластического света. Крэг же предложил концепцию единого театрального пространства: для этого он изобрёл подвижные ширмы, которые меняли архитектуру сцены прямо во время действия.

Пока в Европе оформление театра реформировали теоретически, в русских театрах уже пытались реализовать это на практике. До конца XIX века российская сценическая традиция опиралась на казённые шаблоны императорских театров.

Перелом произошёл благодаря Частной опере Саввы Мамонтова и художественному объединению «Мир искусства». Мамонтов впервые привлёк к работе в театре станковых живописцев. Константин Коровин, Валентин Серов, Михаил Врубель, а позже Александр Бенуа и Лев Бакст разрушили ремесленный подход.

Читайте также:

Лев Бакст: создатель европейской моды

Художник, который изменил костюм в балете и моду в Европе начала XX века.

Тогда художники начали создавать эскизы декораций и костюмов как целостную картину. Одеяния актёров перестали быть случайными — они подбирались под общую цветовую гамму сцены. Декорации же передавали атмосферу спектакля и психологическое состояние героев с помощью экспрессивных мазков и фактуры.

В историю вошли «Русские сезоны» Сергея Дягилева: на показах в Париже весь мир увидел уникальную сценографию Бакста и Бенуа. Сценические эскизы к балетам «Шахерезада» и «Петрушка» воспринимались на Западе как самостоятельные произведения искусства и оказали прямое влияние на европейскую моду и интерьерный дизайн того времени.

Позже, когда в искусстве начали развиваться авангард и конструктивизм, в советском театре появился ещё один новый подход. Если «Мир искусства» реформировал плоскость задника, то художники советского авангарда полностью полностью отказались от задника как такового, обнажив кирпичную стену подмостков и театральную технику. Живопись уступила место архитектуре и инженерии.

Главным полигоном для экспериментов стал театр Всеволода Мейерхольда. Он отказался от услуг традиционных художников и начал сотрудничать с конструктивистами — Любовью Поповой, Варварой Степановой, братьями Стенбергами. Они предложили воспринимать сцену как своего рода станок, функциональную конструкцию для биомеханики актёров. Так декорация перестала быть фоном и стала активным элементом действия.

Именно в этот период, например, появилась идея объединить пространство театральной сцены и зрительный зал. Вместо изображения домов и улиц на сцене возводились трёхмерные конструкции из дерева и металла — мостики, трапы, движущиеся колёса, лестницы. Они проектировались под биомеханику Мейерхольда — каждый элемент конструкции должен был провоцировать актёра на определённое физическое движение. Световые приборы впервые стали использовать для того, чтобы подсвечивать определённые мизансцены, а не просто имитировать солнечный свет или лунную ночь.

Следующий этап — метафорический театр. Сценографы возводили на сцене декорации, которые дополняли смыслы, вложенные в саму историю. В западной теории это проявилось в идеях «бедного театра» Ежи Гротовского и «пустом театре» Питера Брука: для них общей стала мысль, что на сцене не должно быть ничего лишнего, что не несёт смысловую нагрузку.

В русской традиции к этому была близка «действенная сценография» школы Давида Боровского: он сформулировал принцип, согласно которому на сцене должен находиться один главный объект-метафора, выполненный из подлинного, небутафорского материала. Этот объект становился смысловым стержнем постановки и постоянно трансформировался по ходу действия.

Современные мастера сценографии работают как автономные соавторы вместе с режиссёром. Они соединяют наследие классического театра, метафоричность, новейшие мультимедийные технологии и превращают стейдж-дизайн в интерактивную цифровую среду. Сценограф теперь — не просто декоратор, а специалист, который способен через оформление сцены дополнить нарратив спектакля.

Что сейчас популярно в стейдж-дизайне

Современная сценография находится на стыке архитектуры, медиаискусства и перформанса. Процесс создания стейдж-дизайна начинается в мастерской, где основным инструментом анализа пространства становится макет.

Это уменьшенная трёхмерная копия сценической коробки, обычно в масштабе 1:20 или 1:50. И хотя сегодня можно просто нарисовать цифровую 3D-модель, сценографы всё равно собирают физические макеты, потому что они позволяют осязаемо соотнести масштаб человеческого тела с объёмами декораций.

Ещё один актуальный тренд — мобильность зала. Современные пространства часто позволяют выбирать, какую форму сцены будет использовать режиссёр.

Исторически сложились три основных типа сценических площадок.

Сцена-коробка (итальянская сцена) — это традиционная модель с портальной рамкой, отделяющей зрительный зал от сценического пространства. Сценография здесь строится по законам фронтальной перспективы. Художник работает в рамках трёх стен, а четвёртой стеной становится воображаемая граница между актёром и публикой.

Трёхсторонняя сцена (сцена-подиум) — модель, при которой площадка выдвинута в зрительный зал, а публика окружает её с трёх сторон. Именно такую форму часто выбирает шекспировский театр «Глобус». В этих условиях использование плоских задников невозможно. Конструкции становятся сквозными и объёмными, чтобы не перекрывать обзор зрителям с боковых мест, а акцент смещается на фактуру пола сцены и вертикальные элементы.

Сцена-арена — форма пространства, где зрители сидят вокруг актёров, будто это амфитеатр или цирк. Здесь классическая декорация невозможна. Стейдж-дизайн арены опирается на мобильные предметы, сложный свет, подвесные конструкции и проекции на полу.

Многие классические театры стараются переоборудовать залы так, чтобы сцену и окружающее пространство можно было легко трансформировать. Например, так поступают сценографы московского Электротеатра «Станиславский» и петербургской Новой сцены Александринского театра: в обоих залах сцену и зрительские места можно двигать как угодно, менять высоту и другие параметры.

Технологизация значительно влияет на современный театр — в том числе и на содержание сценографии. Генеративная графика, проекционный маппинг, экраны высокого разрешения — сегодня уже не экзотика, а стандартные театральные инструменты.

Иммерсивность — стабильно популярна в театре ещё с 1980-х. Режиссёры и художники отказываются от традиционного разделения на зрительный зал и сцену. Здесь выстреливает сайд-специфик-подход к театру, когда спектакль проходит в пространствах, не предназначенных для этого изначально. Спектакли переносятся в бывшие заводы, заброшенные здания или проектируются так, что зритель находится внутри декорации.

Не теряет актуальности и тренд на экологичность. В европейском театре даже сформировалось целое направление на основании популярности устойчивого производства — sustainable theatre. Художники сознательно используют перерабатываемые материалы, отказываются от токсичных пластиков и проектируют декорации, которые можно использовать повторно или легко утилизировать.

Читайте также:

Профессия «художник-постановщик»: кто это и как им стать

Какие спектакли стоит посмотреть, чтобы начать разбираться в стейдж-дизайне

Собрали 14 спектаклей с выдающейся сценографией — от российских, советских и зарубежных мастеров, с начала ХХ века до нашего времени.

«Гамлет» (1911)

Крэг использовал систему гигантских подвижных ширм, оклеенных неокрашенным холстом. Меняя своё положение в лучах света, они мгновенно меняли архитектуру, создавая то тесные коридоры замка Эльсинор, то монументальные залы. Это был первый масштабный опыт архитектурного, неизобразительного решения классической пьесы.

«Великодушный рогоносец» (1922)

Манифест театрального конструктивизма. На голой сцене была установлена единая деревянная конструкция из станков, лестниц, вращающихся колёс и ветряка. Этот сценический аппарат не изображал конкретное место, а служил идеальной площадкой для демонстрации движения и физических возможностей актёров.

«Сон в летнюю ночь» (1970)

Брук и Джейкобс совершили переворот в шекспировском театре, полностью отказавшись от традиционных декораций. Никакого романтического леса, мха и бутафорских деревьев. Спектакль был размещён в пространстве так называемого «белого куба» — трёх глухих ярко-белых стен без единой лишней детали. Вместо деревьев актёры использовали свисающие сверху металлические спирали и цирковые трапеции.

«Русалка» (1960)

Выдающийся чешский сценограф Йозеф Свобода фактически изобрёл современный технологический театр. Он первым начал использовать лазеры, сложные системы зеркал и кинетические приборы. В своих знаковых работах Свобода использовал гигантские зеркальные плоскости, подвешенные под наклоном к сцене. Это позволяло зрителю видеть актёров одновременно в двух ракурсах — фронтально и сверху, что ломало привычные законы театральной перспективы и удваивало игровое пространство. Спектакль «Русалка» вошёл в историю как один из главных примеров миров, которые создавал Свобода на сцене. Именно в нём появляются фирменный световой занавес, проекции и фактурное покрытие сцены.

«Эйнштейн на пляже» (1976)

Пятичасовая опера Уилсона стала манифестом театра визуальной режиссуры, где сценография, свет и архитектура кадра превалируют над линейным текстом. Уилсон применил строгую геометрию линий, монохромные плоскости и фирменный холодный свет, который двигался с предельно низкой скоростью. Пространство трансформировалось за счёт гигантских неоновых линий (отсылка к теории относительности) и двигающегося поезда.

«Кольцо нибелунга» (1976)

Культовая постановка тетралогии Вагнера, в которой Педуцци и Шеро полностью ушли от мифологического средневекового пафоса. Вместо скал и замков богов на сцене появилась индустриальная архитектура конца XIX века: гигантская гидроэлектростанция на Рейне, массивные стальные колёса, дамбы и чугунные конструкции эпохи промышленной революции.

«Братья и сёстры» (1985)

Пример канонической советской действенной сценографии. На сцене у Додина — ни одной стены, но есть единый деревянный элемент — массивные ворота-брёвна, висящие на цепях. По ходу действия этот объект, перемещаясь, превращается в кузов грузовика, трибуну, стены деревенской избы, сеновал или мост.

«Махабхарата» (1985)

Один из первых примеров сайд-специфик-театра — спектакль, поставленный в карьере. Естественная глиняная стена карьера, настоящая вода и огонь заменили искусственные театральные задники. Оболенская и Брук доказали, что минимальное вмешательство в аутентичное пространство может обладать большей художественной силой, чем сложные машинерии.

«Служанки» (1988)

Этот спектакль полностью изменил представление о театральной эстетике позднего СССР. Коженкова отказалась от бытового реализма пьесы Жана Жене в пользу минимализма. Чёрное глянцевое покрытие пола, огромные серебряные и металлические ширмы-зеркала, отражавшие свет и движения актёров. Сценография идеально сочеталась с хореографией и костюмами, что создавало пространство, очень похожее на ритуальное — идеально для режиссуры Виктюка.

«Гамлет» (2005)

Постановка, зафиксировавшая рождение европейской сценографии грязного реализма начала XXI века. Ян Паппельбаум покрыл всю переднюю часть сцены слоем настоящей влажной земли. Этот элемент стал главным сценографическим инструментом: земля забивается в костюмы актёров, летит в зрительный зал, персонажи буквально закапывают друг друга в неё. Сверху была установлена золотая занавесь-цепь, которая двигалась на рельсах. Контраст между роскошным золотом и грязной почвой стал ёмкой метафорой, хорошо раскрывающей суть шекспировской драмы.

«Трёхгрошовая опера» (2007)

Спектакль, в котором оригинальный подход к сценографии смог реанимировать набивший оскомину сюжет и подход. В момент, когда уже в каждом театре была поставлена своя версия Брехта, именно Уилсон смог воссоздать ту самую брехтовскую эстетику отстранения. Он превратил сцену в графичный комикс со сверхконтрастным неоновым контурным светом и силуэтными мизансценами, использовал огромные свисающие предметы, гротескный грим и жёсткие световые ширмы вместо привычных декораций. Это создало холодную, отчуждённую и одновременно завораживающую среду, которая стала эталоном для современного немецкого театра.

«Липсинк» (2007)

Лепаж — мастер мультимедийного стейдж-дизайна, где технологии напрямую влияют на повествование. В 9-часовом эпосе «Липсинк» сценография представляет собой сложнейший конструктор-трансформер. Сцена мгновенно превращалась то в салон летящего самолёта с реальным сечением фюзеляжа, то в звукозаписывающую студию, то в залитую дождём улицу. Лепаж соединил физические декорации с синхронизированной кинопроекцией, создав эффект непрерывного кинематографического монтажа в живом пространстве.

«Гора Олимп» (2015)

24-часовой перформанс, где пространство трансформируется за счёт простых материалов, используемых в невероятных масштабах: тонны земли, воска, крови, растений и белой ткани. Фабр продемонстрировал, как фактура и физическое присутствие материала на сцене могут удерживать внимание зрителя и развивать драматургию в течение длительного времени.

«Пиноккио» (2019)

Двухдневный проект Юхананова и Харикова стал примером тотального стейдж-дизайна на стыке футуристической архитектуры и высокой моды. Хариков полностью пересобрал пространство сцены, превратив его в многослойную мифологическую среду. Сценография здесь неотделима от костюмов — гротескных, архитектурных конструкций из современных материалов, которые меняют саму пластику человеческого тела. Вместо привычного реквизита на сцене используются масштабные светящиеся объекты, кинетические элементы и инсталляции, создающие визуальный образ театральной утопии мира, придуманного Юханановым.