Фотография
#статьи

Ни одна эпоха не знала себя так хорошо и так плохо: парадоксы фотографии

Отрывок из сборника «Орнамент массы» немецкого исследователя массовой культуры Зигфрида Кракауэра.

Иллюстрация: издательство Ad Marginem & Masters / Polina Vari / Skillbox Media

Свою статью «Фотография» социолог и теоретик культуры Зигфрид Кракауэр написал почти сто лет назад. В ней он размышляет о связи «огромного количества фотографии» и человеческой памяти. Вместе с другими эссе на тему технических новшеств и массового искусства она вошла в сборник «Орнамент массы. Веймарские эссе».

С разрешения издательства Ad Marginem публикуем отрывок из статьи.

Фотография

Дневные издания всё больше и больше сопровождают тексты иллюстрациями, да и возможно ли это — журнал без картинок? Фотография ныне чрезвычайно злободневна, и самым красноречивым тому подтверждением служит прежде всего рост числа иллюстрированных газет. Именно в них собрана полная палитра ролей, когда-либо сыгранных кинодивой перед публикой и камерой. Матери интересуются младенцами, а молодых людей пленяют ряды чудесных женских ножек, юные красотки томно вздыхают, глядя на звёзд спорта и сцены, стоящих у трапа океанского лайнера, отплывающего в дальние края. В дальних краях также идёт борьба интересов. Но только в фокусе внимания оказываются не они, а города, природные катастрофы, духовные лидеры и политики. В Женеве заседает конгресс Лиги Наций. Устроен он ради того, чтобы показать, как беседуют перед отелем господа Штреземан и Бриан. Да и о новых модах надобно раструбить, иначе прекрасные девушки летом не догадаются, как они на самом деле прекрасны. Вот светская жизнь красоток из мира моды — и чтоб непременно в сопровождении кавалеров; а вот как разверзается земля в далёких странах; господин Штреземан — и он тут как тут, сидит на террасе, окружённой пальмами, есть и малыши — для наших молодых мам.

Актриса Андра Ферн - звезда немецкого кино 1920-х годов. Фотография из «Der Querschnitt», 1925 год
Фото: Gerhard Riebicke / ullstein bild / Getty Images
Немецкие и шведские спортсмены соревнуются в беге с препятствиями на спортивном фестивале в Берлине. Фотография из журнала «Zeitbilder», 1921 год
Фото: Robert Sennecke / ullstein bild / Getty Images
Министр иностранных дел Франции Аристид Бриан (слева) и его немецкий коллега Густав Штреземан (справа)
Фото: AFP / Getty Images

Задача иллюстрированной прессы — дать исчерпывающую картину мира, доступного фотографическому аппарату; она регистрирует пространственные подобия людей, состояний и событий во всех возможных ракурсах. В основе её лежит метод, используемый в еженедельных киножурналах, представляющих собой, по сути, подборку фотографий, тогда как для полноценного фильма фотография служит лишь средством. Ни одна эпоха не знала себя настолько хорошо, как наша, если, конечно, понимать под «знанием» изображение вещей, довольно точно, в фотографическом смысле, их передающее. Фотографии, коими напичканы журналы, по большей части отображают то, что существует в действительности. Они, таким образом, суть знаки, напоминающие об исходном объекте, который якобы предлагается узнать. Демоническая дива. Задача еженедельного фоторациона вовсе не в том, чтобы напоминать о знакомом прообразе. Если бы память питалась с этого стола, ей самой пришлось бы делать выбор объектов. Но поток фотографий сметает все дамбы памяти. Неисчислимые образы теснят нас с такой силой, что грозят уничтожить имеющуюся, возможно, способность воспринимать вещи во всём их своеобразии. Схожая судьба уготована и произведению искусства после его репродукции. Размноженный оригинал живо отражён в поговорке «Мы вместе ходили, нас вместе схватили, нас вместе казнили»; казалось бы, копия должна дать оригиналу новые жизни, но он, скорее, тяготеет к тому, чтобы в этом множестве раствориться и продолжить существование уже в качестве художественной фотографии. Читатели иллюстрированных журналов разглядывают мир, непосредственно воспринять который не в состоянии, по милости всё тех же иллюстрированных журналов. Непрерывность пространства, каким его видит камера, доминирует над пространственными характеристиками воспринимаемого нами объекта; сходство между образом и оригиналом размывает контуры собственной «истории» последнего. Так плохо не знала себя ещё ни одна эпоха. С изобретением иллюстрированных журналов господствующему классу открылся один из действеннейших способов бойкотировать познание. Успех бойкота не в последнюю очередь зависит от эффектного расположения картинок. Соседство образов друг с другом систематически уничтожает открывающиеся познанию взаимосвязи. «Образная идея» вытесняет саму идею, снежная рябь из фотографий свидетельствует о равнодушии к предмету изображения. Так быть не должно; но по крайней мере американские иллюстрированные журналы, которым во многом стремятся подражать их иноплеменные собратья, делают мир одномерным, и всё потому, что напичкивают его фотографиями. Подобное усреднение не случайно. Мир приобрёл «фотографический облик», его можно запечатлеть, ибо он жаждет претворения в непрерывном пространстве, которое складывается из моментальных снимков. Бывает, что доля секунды, необходимая для фотографической выдержки, решает, насколько знаменит спортсмен и нужно ли поручать фотографам его съёмку. Фигуры красоток и молодых людей можно точно так же поймать на камеру. Она поглощает всё, и это свидетельствует о страхе смерти. Своим огромным количеством фотографии стремятся искоренить мысль о смерти, присущую всякому образу памяти. В иллюстрированных журналах мир предстал как настоящее, которое можно заснять на плёнку, и заснятое на плёнку настоящее прочно укоренилось в вечности. Казалось бы, мир избавлен от смерти, в действительности же — угодил ей в лапы.

Больше интересного о современной фотографии в нашем телеграм-канале. Подписывайтесь!

Подписывайтесь на Skillbox в Telegram!
Мы собрали в одном канале IT-мемы и шутки про учёбу, экспертные лайфхаки и анонсы вебинаров, информацию о курсах и истории успеха.
Подписаться
Понравилась статья?
Да

Пользуясь нашим сайтом, вы соглашаетесь с тем, что мы используем cookies 🍪

Ссылка скопирована