Маркетинг
#истории

«Слово „копирайтер“ стало как бы стыдным, но войти в редактуру без этого опыта невозможно»

Одиссея Тимура: он сменил PR на инженерию, потом соскучился по текстам и устроился редактором сразу в две любимые компании.

из личного архива Тимура Тукаева

Тимур Тукаев

Россия, г. Челябинск


Пройденные курсы


Достижения

Несмотря на долгий перерыв в профессии, прокачался в редактуре и нашёл классную работу ещё во время обучения на курсах. Сейчас Тимур — шеф-редактор редакции «Код» в Skillbox и редактор в ProductSense.


В интервью Тимур рассказал:


От пиара к перфоратору и обратно

— Как ты вообще связался с текстами и редактурой?

— В начале нулевых, ещё учась на филфаке, я мечтал стать «криейтором» — тогда так называли крутых ребят в тёмных очках, которые создают рекламу. Мы зачитывались Пелевиным, торчали от Бегбедера и пускали слюнки на плакаты с рекламой «Ночи пожирателей рекламы» — но интернета либо не было совсем, либо он был настолько фиговым, что даже ролики посмотреть было практически невозможно.

В Челябинске имелось крутое рекламное агентство «Парамон», и я решил влиться в него — составил резюме, указал телефон общаги (именно так коммуницировали иногородние студенты) и передал секретарю на ресепшен компании. Причин брать меня у них не было, да и открытых вакансий тоже, поэтому я рассчитывал только на удачу и придурь: написал, что опыта в рекламе у меня почти нет, зато я умею выращивать кабачки и патиссоны в открытом грунте ;) В 20 лет слово «патиссон» казалось мне забавным, а шутка была хоть и тупой, но с потенциалом пробить стену равнодушия. Не прокатило, правда: на ресепшен общежития никто не позвонил.

Вскоре мой брат и его друзья из соседнего университета решили организовать независимую студенческую газету. Мимо такого предприятия я пройти не мог, в итоге я пришёл к ним работать редактором — филфак же я окончил. Было весело и круто: ночная вёрстка накануне печати, дистрибуция материалов по разным вузам, совместно с партнёрами мы награждали читателей билетами в театры и кино.

Мы пытались найти дополнительно рекламодателей — но как продавать рекламу, мы не знали, поэтому тупо шли по городу, заходя во все магазины и офисы, попадавшиеся нам по пути.

Потом я ушёл в армию, а когда вернулся, мы решили сделать из этой студенческой газеты бизнес. Наивные парни! Зарегистрировали её как СМИ, сверстали цветной макет, распечатали на листах А3, потом я выклянчил у родителей денег на какой-то плащ — надо же выглядеть солидно — и снова пошёл по разным челябинским офисам. Но, конечно, все хотели сначала увидеть выпущенный первый номер, и только потом занести нам денег. В общем, с газетой не сложилось.

Тимур с женой. Фото: из личного архива Тимура Тукаева

— И тебе пришлось искать нормальную работу?

— Я искал её параллельно с попытками поиграть в медиамагната. И в итоге устроился на журфак — благо часть преподавателей знали меня ещё по филологическому факультету. Моя должность называлась «заведующий лаборатории информационных технологий СМИ» — по сути, я был факультетским сисадмином и ещё немного преподавал.

В компьютерах я мало что понимал, но за пару месяцев разобрался на хорошем уровне и даже начал экспериментировать с Linux и FreeBSD. Денег не хватало, и я попробовал писать статьи. Например, в лайфстайл-издание «Миссия» — там работала моя однокурсница, она время от времени подкидывала мне героев для интервью.

А в 2009-м моя жена попросила помочь ей найти работу (дома интернета у нас не было, а у меня на работе был). Я стал бродить по сайтам и увидел вакансию в том самом «Парамоне» — искали автора для сайта о ресторанной жизни. Я подумал: «Почему бы не войти в одну реку дважды» — и отправил им резюме. Хотя у меня было всего несколько публикаций, меня почему-то взяли. Мы договорились, что я выйду через две недели, как только отработаю их в университете.

Но я посидел пару дней у себя в компьютерном классе и подумал: «Да какого хрена — тут я хоть образованием занимаюсь, делаю что-то полезное, а там буду писать про рестораны, про „ешь ананасы, рябчиков жуй“. Да пошло оно всё к чёрту!»

На следующий день я пришёл в «Парамон», извинился перед эйчаром и подарил ей коробку конфет. Сказал, что не могу променять университет на рестораны. Хотя это был бы почти двукратный рост по зарплате. Всего через пару месяцев мне позвонил директор по развитию «Парамона» и сказал, что у них освободилась должность пиарщика и они хотели бы меня взять — там и зарплата интереснее, и задачи.

До сих пор не понимаю, что они во мне нашли, потому что релевантного опыта у меня не было вообще. Но так я стал пиарщиком.

— Чем конкретно ты занимался в «Парамоне»?

— Пришлось писать много текстов, организовывать крупные ивенты, координировать пиарщиков в 30 городах страны (в Челябинске был головной офис компании), выстраивать отношения с франчайзи — это были самостоятельные компании, и давать распоряжения их пиарщикам я не мог. Надо было качать софт-скиллы и убеждать владельцев, что мне стоит доверять и я требую от их сотрудников только адекватных вещей. В «Парамоне» было весело — да и скиллы качались неплохо.

— И всё равно тебя что-то смущало?

— Тогда я стал кришнаитом, и с философской точки зрения моя работа стала казаться мне полной чушью — ведь я пиарил журнал, в котором рекламировались спа-салоны, продвигал ресторанную премию и культуру потребления алкоголя и мяса.

В то время мой брат монтировал системы видеонаблюдения, компьютерные сети, охранные сигнализации. И ему прилетел большой заказ — смонтировать сети по госпрограмме в пяти городских больницах. Он предложил мне сменить работу, а я, как видите, задумывался как раз об этом.

В итоге мы проработали вместе девять лет: за это время успели смонтировать сети и видео во всех офисах и складах «Красного&Белого» и даже приложили руки к одному из отделений Центробанка.

— То есть из пиарщиков ты перешёл в инженеры?

— Да. Но наш бизнес глобально не выстрелил: чтобы масштабироваться, надо было вложить в него 60–100 миллионов и конкурировать с крупными федеральными конторами. Такова специфика сферы. Мы были прибыльными, у нас имелась бригада, но приходилось регулярно самим браться за перфоратор. В то же время моя жена уговаривала меня переехать в Питер, где ей очень нравилось.

Монтаж системы видеонаблюдения на заводе по производству минеральной ваты. Фото: из личного архива Тимура Тукаева

В общем, семейное дело стало тяготить уже на четвёртый год, но не хотелось бросать брата одного. Оказалось, что ему всё тоже надоело примерно через три года, но ему было неловко уже передо мной. Оставшиеся шесть лет мы старались друг ради друга — и с карьерной точки зрения оба оказались в дураках. Не повторяйте таких ошибок :)

В декабре 2019 года я погрузил вещи в машину и отправился в Питер — думал найти там работу и укорениться, чтобы потом перевезти жену.

Поселился у друзей-кришнаитов, жили в маленькой студии в 15 квадратных метров. Но было круто.

О возвращении к редактуре и новой сотне отказов

— Переехав в Питер, продолжил работать инженером или вернулся к редактуре?

— Я стал искать работу редактором или маркетологом. Но на мои отклики даже не приходили отказы — их просто игнорировали. Я составил пять шаблонов сопроводительных писем, которые адаптировал под конкретную компанию, и три резюме.

Но всё моё портфолио состояло из старых работ — а в 2019 году они уже выглядели неактуальными. Я даже сам не понимал, нормально я пишу или нет.

— И что ты решил делать?

— Я пошёл учиться. Когда меня в очередной раз настигла реклама курса по копирайтингу от Skillbox, я оформил кредит и стал грызть гранит. Подкупили титулованные преподаватели — Александр Амзин и Дмитрий Колодин. За Александром слежу давно, ещё с первых изданий его «Новостной интернет-журналистики». Культовая книга, по которой учились писать тысячи журналистов и копирайтеров. Она до сих пор гораздо полезнее, чем «Пиши, сокращай» Максима Ильяхова.

От курса я в первую очередь ждал не новых знаний, а фидбэка на свои навыки и какого-то вектора — чтобы преподаватели показали мне зоны развития и направили в профессии. Дело в том, что, монтируя свою слаботочку, я продолжал следить за индустрией, время от времени делал небольшие проекты, где-то волонтёрил как автор — то есть старался не отставать.

— Ты хотел быть редактором, но пошёл на курс по копирайтингу. Почему?

— Да, я хотел попасть в редактуру, и курс отлично для этого подходил: там ведь не про копирайтинг как таковой, а про профессию в целом. Плюс сейчас есть некоторая путаница: слово «копирайтер» стало как будто бы постыдным — мол, это чувак, который пишет ужасные тексты и гонится за знаками. А вот коммерческим редактором быть как будто бы не стыдно — хотя суть-то одна и та же. Но войти в редактуру, не написав ни одного текста, невозможно.

Я поставил себе три цели: общаться с преподавателями и получать от них максимально полный фидбэк, выполнять побольше практических работ и параллельно погружаться в рынок. Skillbox учит людей писать и делает это хорошо: помимо классных преподавателей, у курсов дружелюбное комьюнити. Я до сих пор тусуюсь в чате с одногруппниками и пересматриваю лекции.

— Что именно помогло тебе сформировать свой скиллсет?

— И теоретическая база, и практическая — всё, что давали курсы. Скажем, Александр Амзин даёт много академической теории, даже, пожалуй, философии редактуры. Новичкам кажется, что это не относится к делу, а я понимаю, что его лекции важны для формирования крепкой основы. Но у него есть и конкретные фишки, советы: например, благодаря ему я отказался от работы за ноутбуком и полностью перешёл на стационарный компьютер.

Митап ProductSession от Artsofte. Фото: из личного архива Тимура Тукаева

Оказалось, что так проще: текст крупный, глаза не устают, монитор находится достаточно высоко — а значит, спине и шее комфортно. Плюс на экране ноутбука сложно разместить и исходник интервью, и чистовую версию, чтобы нормально редактировать после автора, — приходится либо напрягаться, либо постоянно переключаться с одной вкладки на другую. Кажется, что это мелочи, но по факту производительность страдает, ты тратишь лишнее время на то, чтобы присмотреться, не можешь долго работать за маленьким монитором.

С проверяющим преподавателем мне тоже повезло — Константин Каминский очень умело и мягко оборачивал критические замечания в положительные отзывы о домашках. Он мотивировал меня и помог обрести уверенность, что мне найдётся место в индустрии.

— Продолжил искать работу во время учёбы?

— Да. Я стал рассылать резюме намного чаще, откликался сотни раз. Я отправлял резюме даже в те компании, где не очень хотел работать, просто ради опыта собеседований. Откликов было очень мало, но это и не важно: в итоге я понял, что делать, чтобы найти работу. Поиск работы, да и вообще многое в жизни — это просто маркетинговая воронка. Чем больше наливаешь наверх воронки, тем больше шансов, что на выходе что-то будет.

Надо рассылать резюме всё большему количеству компаний, причём делать это ежедневно. Если вы отправили резюме 20 раз, а вам не ответили, не надо ныть — отправьте его ещё 200 раз. Такова жизнь.

В январе или феврале 2020 года меня позвали на собеседование — примерно после 150 откликов. Это была компания, которая завозила из Китая всякие оптические приборы под своим брендом, — надо было делать карточки товаров для сайта. На собеседовании попросили сделать описание какой-то штуки, посадили за компьютер, дали эту самую штуку и оставили на 15 минут. Я что-то написал, через пару дней мне перезвонили и позвали на работу.

В первый же рабочий день я понял, что создание карточек товаров — бесперспективная работа, которая не сделает тебя редактором или хорошим автором: ты просто будешь всю жизнь составлять карточки. Я проработал один день, а с утра, ещё до начала рабочего дня, перезвонил, извинился и сказал, что не смогу работать. В этот момент началась пандемия.

Митап ProductSession от Artsofte. Фото: из личного архива Тимура Тукаева

Не мытьём, так катаньем: как Тимур стал работать и в ProductSence, и в Skillbox

— Кажется, совсем не вовремя…

Верно заметила. Пришлось вернуться в Челябинск: денег не было, как и постоянной работы. Было стыдно сидеть на шее у жены, поэтому я старался тратить минимум денег и браться хоть за какие-то проекты. В мае я увидел вакансию в ProductSense — искали редактора. Компанию я знал, потому что интересовался менеджментом продуктов, мне нравилась их специфика и то, что они делают, поэтому я сразу откликнулся. Я попал на собеседование с основателем компании Юрой Агеевым, но меня не взяли.

Это был единственный отказ из всех, от которого было больно, — мне казалось, что вакансия будто писалась под меня.

Через некоторое время преподаватели курса сказали, что в редакцию Skillbox Media ищут авторов и мне можно попробовать.

Первую статью я писал и дорабатывал примерно месяц. Почувствовал себя никчёмным парнем, который зря тратит время редактора. Постепенно дело будто бы пошло, я время от времени писал статьи — но поставить дело на поток не смог, чувствовал, что написание текстов само по себе меня уже не слишком цепляет. Я нацелился на ProductSense и надеялся, что вакансия вскоре откроется снова — всё-таки тема довольно сложная. А так как время у меня было, сел с товарищем переводить с английского книгу о дорожных картах продукта — Product Roadmaps.

— Однако. Умный ход.

Ну я не ставил себе целью пролезть в компанию через эту книгу ;) Скорее было ощущение, что надо где-то на виду быть в этой тусовке, примелькаться и иметь релевантные тексты в портфолио.

Книгу перевёл, но надо было ещё её и отредактировать. Я продолжал сидеть в чате ProductSense — считал, что стоит быть где-то в шаговой доступности от компании, в которую хочешь попасть. Вдруг один участник чата спросил, есть ли у кого-то что-то толковое о дорожных картах. Я ответил, что есть такая книга, но она ещё не доредактирована, и что я могу поделиться с ним в личке. Он постучался, я скинул. А через некоторое время мне внезапно написал Юрий Агеев и тоже попросил её посмотреть. У меня сердце ёкнуло — не зря трудился :)

Спустя ещё несколько дней Юрий спросил, ищу ли я ещё работу редактором. Я ответил, что если редактором именно в ProductSense — то, конечно, ищу. Так я впервые устроился работать редактором.

И только через полгода-год понял, что мне просто повезло, — ведь в моём резюме и портфолио не было именно редакторских работ.

— Новая профессия далась тебе легко?

— Нет. В первый же месяц я понял, что вообще не разбираюсь в менеджменте продуктов, а это специфика компании — знания мои оказались очень поверхностными и наивными. К тому же регулярно затягивал какие-то задачи.

В общем, постоянно думал: меня вот-вот уволят. И до сих пор думаю так же — и там, и в Skillbox. Но продолжаю работать.

В феврале 2021-го мне предложили стать внештатным линейным редактором в редакции «Код» Skillbox Media — надо было править несколько статей в месяц с авторами и передавать их на финальное ревью. В таком режиме я проработал чуть больше полугода, а потом мне предложили должность шеф-редактора, человека, который руководит всей редакцией направления «Код». Я согласился: тема IT мне всегда была интересна, плюс в Skillbox Media классная команда, масштаб и амбициозность задач — ну и хорошая зарплата, конечно. В ProductSense я перешёл на парт-тайм и сейчас совмещаю два проекта.

— Каково оказаться в кресле шеф-редактора?

— Когда я получил оффер, в редакции оставалось не так много сотрудников и стояла задача выстроить её работу почти с нуля. Хотя на деле — совсем не с нуля. В медийном отделе уже были налажены понятные и прозрачные процессы взаимодействия со смежными департаментами и сформировался приятный, нетоксичный стиль общения.

Пару классных ребят, с которыми я пересекался на других проектах, я пригласил в команду, и жить сразу стало легче — уже не приходится редактировать все статьи самостоятельно. Хорошо, что у них есть технический бэкграунд и многие айтишные вещи даются им легко.

Сейчас мои главные задачи — сделать так, чтобы у раздела «Код» было больше посетителей, причём не только среди новичков, но и среди профессиональных программистов.

Чтобы IT-специалисты уровня middle+ относились к нашему медиа с уважением, а соцсети и Telegram-канал стали отдельными небольшими медиа, маленькими экосистемами с живым комьюнити.

— Какие темы вы освещаете?

— Наше медиа — о программистах и для программистов, и больше не о технических моментах, а про людей. Объясню на примере: журнал «Яндекса» «Код» сосредоточен на инструкциях, объяснялках, материалах для условных новичков. «Хабр» больше воспринимается как авторитетный ресурс со сложными техническими статьями.

Как референсы я взял несколько подкастов: «Мы обречены», «Цинковый прод», Software development, Link me up, а ещё фанзины вроде Ubuntu Full Circle Magazine — это такой журнал от комьюнити пользователей Ubuntu Linux. Все эти медиа достаточно неформальные, ламповые, время от времени проскакивают нецензурные слова. И главное, помимо технических вопросов, там большое внимание уделяется описанию жизни программистов и системных администраторов — и не только как «боеспособных единиц», human resources, но и как личностей со своими чувствами и переживаниями.

— Какие планы на развитие твоего направления?

— Хочется сделать реалити-шоу — собрать 10–15 человек и раз в месяц выпускать публикации о том, чего они достигли: и фейлы, и успехи. В общем, жизнь без прикрас. Проследить за ними, например, с начала обучения в Skillbox и до первой работы программистами — а может, дворниками или курьерами, если в IT дело не пошло.

Ещё один формат, над которым мы работаем, — это текстовые мини-курсы, учебные материалы, закрывающие небольшие темы, по которым нет смысла делать платные образовательные программы. Например, делаем курс о культовом текстовом редакторе Vim, которым многие программисты пользуются до сих пор.

Советы новоиспечённым редакторам

— Что нужно иметь в виду тем, кто хочет связать свою жизнь с редактурой?

— Чтобы прокачаться в профессии редактора — то есть человека, который руководит авторами и определяет лицо медиа, — я советую подписаться на рассылку Ирины Ильяховой, главреда «Тинькофф Бизнеса». Она классно рассказывает, как устроена работа редактора. Пожалуй, это пока единственный системный источник информации по редакционному менеджменту на русском языке.

Ещё классно пишет Алексей Березовой, главред медиа «Делобанка». У него зрелый взгляд на индустрию и тексты без воды. Обязательно надо следить за Андреем Боборыкиным и его каналом «Медиаборщ!», «Мы и Жо» Александра Амзина, «Глобальной сетью журналистов-расследователей».

А если хотите хорошо писать, не покупайте «Пиши, сокращай» — лучше подпишитесь на бесплатную рассылку Главреда — она острее, живее, примеры в ней интереснее и убедительнее, чем в книге. Можно взять и продвинутый курс — он тоже очень классный и полезный. На мой взгляд, ранний Максим Ильяхов — года до 2015-го или примерно до запуска Т—Ж — гораздо убедительнее, чем современный (я слежу за ним, наверное, года с 2010-го, ещё до рассылки «Мегаплана»).

Сейчас у него в постах и статьях стали частенько проскальзывать повторы, какие-то совсем незначительные штуки, а также не всегда оправданный пиар ребят из его ближайшего профессионального окружения. Но быть в курсе его деятельности необходимо — вместе с командой из «Конструкторского бюро» Максим достаточно сильно влияет на индустрию и до сих пор задаёт мощные тренды. Во многом из-за того, что к нему внимательно прислушиваются заказчики.

Чтобы делать хорошие блоги или бренд-медиа, я бы рекомендовал изучать не бренд-медиа, а передовые СМИ и порталы вроде Reddit, «Пикабу», Stack Overflow, маленькие инди-проекты, фанзины, подкасты, YouTube-шоу. Ну и погружаться в отрасль, о которой вы пишете, — иначе нет смысла что-то делать.

Ещё очень важно включать критическое мышление — если вся индустрия нахваливает какой-то бренд-проект, это ещё не значит, что он действительно суперклассный и всем надо брать с него пример.



Нейросети для работы и творчества!
Хотите разобраться, как их использовать? Смотрите конференцию: четыре топ-эксперта, кейсы и практика. Онлайн, бесплатно. Кликните для подробностей.
Смотреть программу
Понравилась статья?
Да

Пользуясь нашим сайтом, вы соглашаетесь с тем, что мы используем cookies 🍪

Ссылка скопирована