«Воскрешение»: магическая синефилия в квадрате

С 22 января в российских кинотеатрах выходит новый фильм китайского постановщика Би Ганя. Вручая режиссёру специальный приз на Каннском фестивале, председательница жюри 2025 года Жюльет Бинош назвала картину «неопознанным летающим объектом». Кинокритик Тимур Алиев рассказывает, что же здесь инопланетного и почему это великолепное, но тяжёлое для восприятия кино.

Что общего у вампиров и интертитров

Первые мнения о «Воскрешении» после мировой премьеры (очень разные) сходились в одном: содержание картины весьма сложно пересказать. Но мы всё-таки попробуем пройтись по её главным событиям.

В центре повествования — само время, которое медленно расслаивается вместе с пространством. То ли на прошлое и будущее, то ли на реальность и фантазию — зритель доподлинно не узнает.

Где-то в будущем, за гранью времён, человечество разгадало секрет бессмертия. Оказывается, нужно перестать видеть сновидения — и жизнь будет долгой. Но нашлись и те, кто посчитал бессмертие не благом, а проклятием. Вокруг снов, их красоты и значения образовался культ, члены которого готовы на всё, лишь бы люди оставались смертными, а сны существовали.

Одного из главных культистов, который способен видеть сны, преследует охотница (Шу Ци). На протяжении шести новелл её цель появляется в разных обличиях или, если точнее, реинкарнациях — от монструозного носферату, лицо которого обезображено пластическим гримом, до обыкновенного человека, гангстера или афериста. Все образы на экране воплотил актёр Джексон И (читай, китайский Сергей Безруков).

Одна из первых сцен разворачивается в кинотеатре начала XX века, последняя — в футуристическом кинозале, кресла которого заполняют не люди, а светящиеся призраки. Своего рода признание в любви акту коллективного смотрения, растянутое на целый век и более.

По ходу сюжета зритель повстречает разношёрстных персонажей, которые принадлежат к разным профессиям и эпохам. Актрисы, вампиры, полицейские, духи неизвестной природы — всё перемешивается, едва ли складываясь в нечто вразумительное. Со сменой историй происходит и трансформация изображения.

Первые эпизоды — всего их шесть — материализуют эстетику чёрно-белого немого кино. Диалоги сопровождаются интертитрами, картина лишена звука, имитируя визуальный язык первопроходцев кинематографа. Далее зрителя ждёт соприкосновение с разными эпохами и жанрами — от чёрно-белых драм и нуарных детективов до китайского соцреализма и футуристического мира с компьютерными спецэффектами.

Читайте также:

21 лучший фильм про вампиров

Вспоминаем самых запоминающихся киношных кровопийц.

Как снять фильм за 300 тысяч рублей

Режиссёр и автор сценария — молодой постановщик Би Гань. Ему 36, и «Воскрешение» — его третий полнометражный фильм. Сегодня Би Гань — одна из ярчайших и стремительно восходящих звёзд китайского кинематографа. Тем интереснее то, что он пришёл в профессию без всякого образования, изучая режиссуру по роликам в интернете. Одним из фильмов, которые сформировали его фундамент его авторского метода, Би Гань называл «Сталкера» Тарковского. Многослойный нарратив и философская глубина проявляются во всех его картинах.

Свой полнометражный дебют «Кайлийская меланхолия» Би Гань сделал за 30 тысяч юаней (около 335 тысяч рублей по текущему курсу). Критики и журналисты отмечали уникальную структуру картины и визуальные приёмы — чего стоит только 40-минутная сцена, снятая одним кадром, где главный герой ходит по туманным улицам города.

Однокадровый эпизод есть и во втором фильме Би Ганя «Долгий день уходит в ночь»: эта сцена длиннее (около 60 минут) и куда более эффектная — не в последнюю очередь из-за технологии 3D. В Китае «Долгий день уходит в ночь» выпускали под Новый год — лента заработала более 100 миллионов юаней (около 15 миллионов долларов) на этапе предварительных продаж. Это абсолютный рекорд для авторского кино в стране.

После второй картины Би Гань взял паузу. В «Воскрешении», которое вышло через семь лет после «Долгого дня», режиссёр, можно сказать, подводит промежуточный итог своих творческих поисков. Самоучка, свободный от канонов и ограничений классического кинообразования, Би Гань объединяет свои технические и философские эксперименты в большое кино о смерти и возрождении самого кинематографа.

Читайте также:

20 лучших китайских фильмов XXI века

Лучшее, что есть в современном китайском кино, — зрелищные уся, атмосферные неонуары, ромкомы и фэнтези про оборотней.

Как Би Гань работает с аллюзиями и подтекстами

В будущем визуальную составляющую «Воскрешения» будут изучать в киношколах. Каждый кадр фильма — практически произведение искусства: ладно скроенная композиция, в которой нет ничего лишнего и каждая деталь работает именно так, как и было задумано автором. А цветовая палитра каждой новеллы идеально гармонирует с событиями на экране.

Мрачный детектив военного времени сопровождают приглушённые холодные оттенки. Буддистский храм, занесённый снегом, окутан густым белым цветом. Прогулка юноши и вампирши, которая никого ещё не кусала, происходит на фоне города, окрашенного в кислотно-яркие тона. Кажется, что каждую новеллу Би Ганя украсил художник-сюрреалист — нажав паузу в любом эпизоде, представленным мгновением хочется наслаждаться.

Отлично работает в «Воскрешении» метафоричность, в которую укутаны межстрочные замыслы. Такой подход заметно выделяет работу Би Ганя — не только из когорты режиссёров авторского кино, но и из продюсерских проектов, в которых идеи и мотивы проговаривают и вслух, и несколько раз. Через призму сновидений, главного макгаффина картины, режиссёр обращается к таким темам, как ценность искусства и яркость впечатлений. Би Ганя беспокоит, во что превращается кино, когда на первом месте коммерческий потенциал, а творческое «Я» — на последнем.

Режиссёр будто разговаривает на особом языке, превращая фильм в альманах коллективной экранной памяти. Здесь множество отсылок на историю кино — от братьев Люмьер, Фридриха Мурнау и Орсона Уэллса до Вонга Карвая, Криса Маркера, Робера Брессона и Андрея Тарковского. Композиционно статичные кадры, в которых время застывает, а люди продолжают существовать, отсылают к «Зеркалу» Тарковского.

Образ охотницы-призрака (в особенности её хореография) напоминает пластику героев из «Любовного настроения» Карвая. От «Носферату» Мурнау у Би Ганя и один из образов Джексона И, и фирменная игра тени и света, позаимствованная у немецкого экспрессионизма. В этом ракурсе 2,5-часовое «Воскрешение» — практически квиз для синефилов, которые хорошо ориентируются в истории кино.

Заслуживает уважения и бескомпромиссность Би Ганя: никакого снисхождения к зрителю, никаких пауз для разъяснений. «Воскрешение» — то самое кино, для наслаждения которым нужен «труд понимания», как говорил Александр Сокуров. Это по-хорошему антизрительское произведение, в котором нелинейность — самое малое из препятствий.

Фильм не пытается угождать зрителю и что-либо прояснять. Просмотр «Воскрешения» — челлендж, мастерски выстроенный Би Ганем, и, кажется, режиссёр осознавал, как это может восприниматься аудиторией. Это кино, которое отпугнёт любителей линейного повествования, отвернёт от себя тех, кто ищет развлечения, и, наконец, потребует длительного сосредоточения.

Читайте также:

В любовном настроении: романтик Вонг Карвай

Разбираем, как сняты лучшие романтические фильмы: буйство эмоций в молчании, игра со временем и акцентные цвета.

Почему «Воскрешение» — это праздник

Учитывая сложную конструкцию, внушительный хронометраж и многослойность повествования, «Воскрешение» вряд ли найдёт отклик у широкой аудитории, но наверняка останется в истории кино благодаря отважным синефилам.

Это новогодний подарок, который прокатчики положили именно под их ёлку. В эпоху, когда кино всё чаще воспринимают как одну из форм эскапизма, мало кто отважится на рискованное путешествие по волнам памяти и метафорической образной системы Би Ганя.

Кинематограф всё чаще движется по непредсказуемой траектории. В этом хаосе преобразований такие режиссёры, как Би Гань, — в некотором смысле хранители памяти. Их авторская призма возвращает кино к статусу древнего текста, который требует герменевтического разбора и энергетического вклада.

Для тех, кто готов к этому, «Воскрешение» — настоящий праздник и большое событие в индустрии. Главное, выдержать первый час — всю остальную работу сделает магия кино.