В «эфире» город Ленинград: о первой соцсети эпохи развитого социализма

«Эфиром» в позднем СССР называли особый режим телефонной связи, при котором несколько незнакомых людей оказывались соединены в одном общем разговоре. Это было общее голосовое пространство, в которое можно было случайно попасть, просто набрав определённый телефонный номер.

Человек снимал трубку, набирал цифры и вместо гудков слышал голоса собеседников, обычно сразу нескольких. Все участники разговора слышали друг друга и могли говорить одновременно. Никто никого не вызывал и не ждал. Разговор начинался сам по себе и так же сам по себе распадался, когда кто-то клал трубку, а кто-то присоединялся.

• Как возник «эфир»: не баг, а фича!
• Аудитория «эфира»: панки, гангстеры, курсанты (и школота, конечно же)
• Что собой представлял «эфир»: фул-контакт без регистрации, модераторов и блокировок
• Звёздный час «эфира»: Цой, «Аквариум», кинотеатры и стадионные концерты
• Конец «эфира»

Как возник «эфир»: не баг, а фича!

Эффект конференц-связи возникал из-за особенностей работы декадно-шаговых автоматических телефонных станций, которые составляли основу городской связи в СССР с конца 1940-х годов. Если к одной и той же свободной линии более или менее одновременно обращались несколько человек, станция соединяла их всех между собой. В результате появлялась временная голосовая группа.

В обычных условиях вероятность такого совпадения была невысокой. Но в крупных городах, прежде всего в Ленинграде, ситуация была другой. Большое количество абонентов и высокая интенсивность звонков заметно увеличивали шансы попасть в общий разговор. Ещё в городе были резервные номера — существующие в сети, но не подключённые к конкретным телефонам. Такие номера всегда считались свободными, и именно по ним любили звонить пользователи «эфира».

Первые участники столкнулись с этим эффектом случайно. Чаще всего это были дети и подростки, которые набирали номера наугад и неожиданно слышали в трубке чужие голоса. Информация о таких номерах быстро распространялась. Их запоминали, передавали друзьям, обсуждали. Со временем вокруг них сформировались устойчивые каналы общения, куда люди звонили уже намеренно.

Читайте также:

Теория вероятностей

Аудитория «эфира»: панки, гангстеры, курсанты и школьники

Слухи о необычном эффекте быстро разошлись по городу. Почти одновременно в ленинградских компаниях начали циркулировать первые «эфирные» номера. Так у «эфира» довольно быстро сложилась своя аудитория, хотя никто её специально не собирал и не организовывал.

Существует устойчивая городская легенда о том, что первыми постоянными пользователями «эфира» стали люди из криминальной и околокриминальной среды: фарцовщики (подпольные торговцы модной одеждой, аппаратурой, грампластинками и так далее), валютчики, мелкие аферисты. В этом нет ничего удивительного. В конце 1970-х и начале 1980-х трудно представить более удобный канал связи для неформальных договорённостей. Не нужно иметь домашний телефон или оставлять следы. Достаточно подойти к любой телефонной будке, опустить монету, набрать нужный номер и найти в общем разговоре того, кого искал. Всё происходило быстро, дёшево и анонимно.

Но на практике основную массу участников составляли вполне законопослушные горожане. Особенно быстро «эфир» полюбился неформалам — панкам, хиппи, начинающим поэтам, музыкантам, всем, кому было тесно в официальных культурных рамках. В этой среде ходили разговоры, что в «эфире» можно запросто столкнуться с Цоем, БГ (объявлен в России иностранным агентом) и другими ленинградскими рок-музыкантами — и даже лично с ними пообщаться. Эти слухи не всегда были точны, но и не возникли на пустом месте.

Заметную группу «эфирщиков» составляли курсанты и солдаты срочной службы. Ночные дежурства, длинные часы без занятий и тот же самый телефон под рукой делали «эфир» почти идеальным способом выйти за пределы казармы. Через него узнавали городские новости, спрашивали про концерты и мероприятия, договаривались о встречах во время увольнительных. Иногда — просто разговаривали, чтобы не чувствовать себя оторванными от обычной жизни.

Читайте также:

Первый компьютер: каким он был и кто его придумал

Знакомства вообще были важной частью «эфира». И парней, и девушек, готовых общаться с незнакомцами, там находилось немало. Анонимность снимала неловкость и позволяла говорить свободнее, чем это было принято в офлайне.

Не обошлось и без школьников. Запретность, ночные разговоры и ощущение участия в чём-то полулегальном притягивали подростков особенно сильно. Для многих тайные звонки поздно вечером, чаще всего из ванной, стали первым опытом общения вне привычного круга семьи и школы.

Как и в любом открытом пространстве, в «эфире» хватало самых разных людей, включая тех, кого принято называть городскими чудаками. Они тоже находили здесь место — и были частью той странной, шумной и живой среды, которой «эфир» оставался на протяжении нескольких лет.

Что собой представлял «эфир»: фул-контакт без регистрации, модераторов и блокировок

Теперь можно представить, как это выглядело на практике. В условную полночь один и тот же номер набирают десятки людей — все разные, из разных миров, с разным настроением и разными целями. Соединение происходит, и общий разговор начинается сразу, без вступлений и договорённостей. Каждый говорит о своём, перебивает других, исчезает и возвращается. Это не диалог и не дискуссия, а плотный звуковой поток, в котором всё существует одновременно.

Участники вспоминали разговоры так: в трубке слышались голоса, и каждый выкрикивал своё — кто-то искал компанию, кто-то предлагал выпить и поговорить о музыке, кто-то оставлял номер и имя, надеясь, что кто-нибудь перезвонит. Всё происходило одновременно, без пауз и очередей.

Читайте также:

Кто первым изобрёл радио — и почему это не так просто выяснить

Параллельно шли другие разговоры. Кто-то откровенничал, кто-то снова и снова возвращался к своим навязчивым темам, кто-то флиртовал. Иногда такие разговоры выходили за пределы телефонной линии и заканчивались встречами. Известны случаи, когда знакомства, начавшиеся в «эфире», перерастали в долгие отношения и даже браки.

При этом атмосфера оставалась крайне неровной. В одном и том же разговоре могли соседствовать вполне внятные диалоги, крики людей с явными психическими проблемами, грубые шутки и откровенный мат. Попадались и те, кто сознательно мешал общению, стараясь перекричать остальных. Всё это никак не регулировалось.

У «эфира» были и чисто технические ограничения, которые усиливали ощущение хаоса. Его невозможно было модерировать — набирая номер, человек заранее не знал, кто окажется на линии и какой разговор его ждёт. Нельзя было и отключить конкретного участника — если кто-то мешал, оставалось либо терпеть, либо класть трубку. К тому же разговоры почти всегда сопровождались помехами: фоном звучали гудки «занято», треск, искажения. Полностью чистый «эфир» считался редкой удачей.

Одновременно с Борисом кто-то мог изливать душу, кто-то, как всегда, вещал о тарелках, кто-то, как всегда, проповедовал дзен, и так далее. Тут же вовсю флиртовала молодёжь. Иногда такой флирт заканчивался вполне себе серьёзно.

Звёздный час «эфира»: Цой, «Аквариум», кинотеатры и стадионные концерты

Любое сетевое сообщество рано или поздно выходит из онлайна в офлайн. С «эфиром» это произошло удивительно быстро. Людям, которые часами слышали друг друга в трубке, захотелось встретиться. Так в центре Ленинграда начали появляться регулярные «эфирные» сходки — стихийные, шумные, хорошо заметные со стороны.

Скоро о них начали писать газеты, а затем подключилось и телевидение — феномену «эфира» посвятили отдельный фильм. Для движения, возникшего из случайной технической особенности телефонной сети, это было почти невероятно.

Официальная реакция была привычной для того времени. Молодёжь упрекали в ночных разговорах, перегруженной связи и бессмысленном досуге. Но именно это сделало «эфир» ещё привлекательнее. У него быстро появился узнаваемый символ — двухкопеечная монета на шее. Считалось, что её можно было за верёвочку вынуть из автомата после звонка, но куда важнее был сам знак принадлежности. К концу 1980-х такая монетка стала почти обязательным аксессуаром ленинградской молодёжной сцены, а выражение «вставить свои две копейки» вошло в разговорный язык.

Со временем «эфир» начал проникать и в популярную культуру. Музыканты и режиссёры, чувствительные к новым городским движениям, не могли его не заметить. В январе 1986 года выходит шестой студийный альбом группы «Аквариум» — «Дети Декабря». Предпоследний трек пластинки называется «2-12-85-06». С этим номером тоже связано немало догадок. По одной версии, телефон 212-85-06, зарегистрированный на Васильевском острове, принадлежал самому Гребенщикову. По другой — это был один из тех самых «эфирных» номеров.

Отсылки к «эфиру» есть и в фильме «Игла» Рашида Нугманова. В начале фильма Моро (Виктор Цой), только приехав в Алма-Ату, достаёт те самые две копейки на цепочке, заходит в телефонную будку и звонит прямо с перрона вокзала.

Конец «эфира»

Власти «эфир» не одобряли и даже пытались с ним бороться, регулярно блокируя «эфирные» номера. Но борьба оказалась малоэффективной: взамен старых номеров технологически продвинутая тусовка «эфирщиков» довольно быстро находила новые. Она даже завела агентуру в городских телефонных сетях; на короткое время появилась обожаемая в «эфирном» сообществе каста «вычислителей» — поставщиков и распространителей новых каналов коммуникации. Вот как вспоминает это один из участников:

Поняв, что подавить «эфир» не получается, власть попыталась взять его под контроль. «Эфирщикам» предлагали организованные коллективные созвоны на заранее заданные темы, встречи в выделенных помещениях при комитетах комсомола, аккуратную культурную рамку вместо стихийного ночного общения. По сути, живое и хаотичное движение пытались превратить в разновидность кружковой работы.

Впрочем, «эфир» начал сходить на нет сам по себе. Конец восьмидесятых и начало девяностых принесли в Петербург новые, куда более притягательные формы молодёжной жизни: фестивали, первые ночные клубы, коммерческие проекты, возможность зарабатывать и пробовать себя в бизнесе. Телефон перестал быть единственным окном в мир. К тому же устаревшие АТС-ДШ стали сменяться более современными станциями, и сама возможность устраивать массовые «эфиры» исчезла уже по техническим причинам. Движение, родившееся из особенностей времени и инфраструктуры, ушло вместе с ними.

«Эфир» продержался до конца 2010-х годов нынешнего века; в середине десятых особо активные энтузиасты даже пытались возродить его в новых соцсетях, создавая тематические форумы «ВКонтакте», где выкладывались немногочисленные оставшиеся «эфирные» номера и публиковались приглашения поучаствовать в созвонах.

Свежие записи на одном из подобных форумов встречаются до сих пор, хотя и редко. Сам ресурс ещё жив, так что желающие могут попробовать его освежить.